Если скромную могилу Эйжена Финки на Покровском кладбище мне пришлось искать несколько часов, то эпическое место захоронения лучшего друга Бетховена, няни детей Моцарта и, конечно, талсинского священника и скрипача Карлиса Фердинанда Аменды практически сама выскочила навстречу. Возможность осмотреть его я, конечно, не упустил, поэтому, коротко о том, кто вообще такой Аменда и где теперь лежат его кости.

Известно, что нередко человек может быть выдающимся музыкантом, умнейшим философом или творческим художником, однако в конце концов он становится знаменит только тем, что, к примеру, пытался "прихалтурить", стирая сутаны Папы Римского. Или, вот, Вагнер. Ясное дело, что композитор, однако в народе он более известен и популярен тем, что два года жил в Риге и Гитлеру ужасно нравились его оперы. Буковскис? Известный пьяница. Барышников? Снимался в сериале "Секс в большом городе", а также родился в Риге. И т.д.

Известно, что нередко человек может быть выдающимся музыкантом, умнейшим философом или творческим художником, однако в конце концов он становится знаменит только тем, что, к примеру, пытался "прихалтурить", стирая сутаны Папы Римского. Или, вот, Вагнер. Ясное дело, что композитор, однако в народе он более известен и популярен тем, что два года жил в Риге и Гитлеру ужасно нравились его оперы. Буковскис? Известный пьяница. Барышников? Снимался в сериале "Секс в большом городе", а также родился в Риге. И т.д.

С Карлисом Фердинандом Амендой примерно так же. Для простого народа беден и знаменит тем, что смотрел за детьми Моцарта и дружил с Бетховеном. Здесь я, конечно, не говорю о специалистах и жителях Талси, которым об Аменде известны все нюансы его профессиональной жизни, и факт, что этот человек был другом Бетховена, идет только в прямой связи с профессиональной деятельностью Аменды.

Я и не талсинец, и не специалист, поэтому знал только то, что Аменда был другом Моцарта. Да, я был уверен, что друг Моцарта, а оказалось - Бетховена. Вот, поэтому я могу сейчас писать, потому что я все испытал на собственном опыте. Я совсем не грущу, потому что хорошим является тот день, когда получается узнать что-то новое и сдуть с ума пыль незнания.

Карлис Фердинанд Аменда (1771-1836)

Талсинский священник, скрипач, композитор, друг Людвига ван Бетховена и учитель детей Моцарта Карлис Фердинанд Аменда жил в Талсинском викарии. Он освоил различные гуманитарные и точные науки в Латвии, затем с другом уехал в Германию, чтобы изучать теологию в Йенском университете. После получения образования он попал в Вену, где стал домашним учителем детей недавно умершего Моцарта. Вскоре после этого он познакомился с Бетховеном, они стали довольно близкими друзьями. В этих обстоятельствах не позволяет усомниться искренняя переписка между друзьями, а также факт, что Аменда стал первым, кому Бетховен рассказал об ухудшении слуха.

Скромный дом Аменды

Поэтому на могилу и дом Аменды я натолкнулся случайно - тогда, когда пошел развеять свое невежество по поводу происходящего в бывшем Талсинском лепрозории. Вот, прямо перед территорией лепрозория стоит деревянный дом, на котором висит табличка "Дом Аменды", а практически напротив, через дорогу, дорожный знак указывает, где похоронены кости Аменды. Слышал, что в доме Аменды оборудована комната его памяти, но, к сожалению, туда я не попал - все было тихим и темным. На признаки жизни указывала лишь куча пустых бутылок из-под алкогольных напитков, которая стояла у самого крыльца дома.

ФОТО: Jānis Škapars/TVNET

Напротив дома находятся развалины некой постройки. Хлев, кажется, бог его знает. Одним словом - двор красив и живописен, всякие яблони с невкусными яблоками, дальше речка, перелески, но очень скучно. У меня в деревне таких полурухнувших домов было сколько хочешь, поэтому раззевался так, что из глаз брызнули слезы. Вот, именно по этой причине я и поспешил к могиле Аменды, где надеялся найти некое прикосновение истории, артефакт или хотя бы тайник "геокешинга".

Эпическая могила Аменды

Чтобы попасть к могиле Аменды, нужно вскарабкаться на крутой холм, на вершине которого оборудовано довольно эпическое захоронение. Похоже, я никогда не видел могилу на краю горы, с которой открывается красивый вид на окружающую территорию. Однако, как увидел, захотел себе столь же гордую могилу - широкую, окруженную кирпичной стеной с гигантскими деревянными воротами, чтобы не разграбили преступники.

В такие интересные мысли я погрузился, когда приблизился к воротам захоронения. Здесь начались приколы. Пройдя через ворота, я, понятное дело, бросился к могильному камню, но на нем на немецком языке было написано - Мария Шарлотта Доротея. Чудеса, подумал я про себя, не Карлис Аменда, а Мария Шарлотта Доротея. Потер памятник рукой, опа, выше написано Теодор Карлис Александр Вибек. Могилы две, а не одна, как думал. Очнулся, конечно, через несколько секунд. Оказалось, здесь похоронен не один, а целых четыре человека. Две пары, каждая со своей стороны. На одной стороне бывший священник талсинской лютеранской общины Теодор Карлис Александр Вибек с женой Марией Шарлоттой Доротеей, а со второй стороны, уже с более красивым памятником - Карлис Фердинанд Аменда и его жена Жанете Аменда.

ФОТО: Jānis Škapars/TVNET

Вместо одной могилы найти четыре - довольно радостное событие в жизни могильного детектива, поэтому я не испугался. Осмотрел могилу Аменды и тщательно прочитал информационную страницу, на которой было написано, что Аменда не только являлся хорошим другом Бетховена, но и, к примеру, был талсинским священником, скрипачом и всякое другое - великий человек. О величии свидетельствовал и красивый крест, который остро контрастировал с каменным монументиком соседних могил. Узнал также, что Аменда сам выбрал себе именно такое место для захорошнения, а также сам повелел посадить вокруг него различные виды деревьев. О том, велел ли Аменда похоронить рядом Вибека с женой, я не узнал, но если да, то Вибек в течение жизни точно гордился тем, что является лучшим другом человека, который был лучшим другом Бетховена.

Больше на этом кладбище делать нечего. Быстро нашел хорошо спрятанный "геокеш" и ушел. Кладбища и лепрозория для этого дня было достаточно.