Трамп согласен на любую версию стены. Но сумеет ли укрыться за ней сам?

Ребенок на заборе на границе Мексики и США

ФОТО: AFP/SCANPIX

Несогласие Палаты представителей Конгресса США с размером финансирования  стены на границе с Мексикой привели к частичному заморожению работы (shutdown) федерального правительства. "Цена вопроса" - 5,7 млрд $. При этом реальный экономический ущерб от длящегося с 22 декабря шатдауна уже успел эту цифру превысить. Утверждая, что сможет выдержать  "осаду", затянись она хоть "на месяцы и даже годы", Трамп определенно блефует. 

Осада, в которую он угодил, далеко не ограничивается проблемой стены, и президенту хорошо об этом известно. Но, уделяя первоочередное внимание именно стене - хоть сплошной железобетонной, хоть в виде стального частокола, - Трамп упорно пытается сместить фокус публичной дискуссии. В который уже в первые дни года вернулась тема импичмента. 

Только на сей раз она напрямую не связана ни с расследованием Мюллера, о результатах которого Америка должна узнать лишь в феврале, ни со скандальными показаниями бывшего адвоката Трампа Майкла Коэна, ни даже с громкой подачей в отставку госсекретаря по обороне Джеймса Мэттиса, под занавес нехотя подписавшего президентский указ о выводе войск из Сирии. Но при этом настоятельно рекомендовавшего их не выводить.

Более того, в своем открытом письме Мэттис обвинил Трампа в том, что тот разрывает по всему миру соглашения, заключенные США, вольно или невольно поощряя врагов Америки. Но даже эти вполне обоснованные обвинения - кстати, впервые поддержанные ведущими республиканцами в Сенате, - напрямую о государственной измене не свидетельствуют. 

Другое дело, что в списке тяжких должностных преступлений, результатом которых, согласно Статье 2 Конституции США, может стать импичмент, на втором месте после госизмены указана коррупция. А вот по данному вопросу все как раз предельно ясно. 

По конституции, совмещение президентства с любыми видами хозяйственной деятельности  исключено: слишком велик риск, что интересы бизнеса рано или поздно войдут в противоречие с государственными. Но, очевидно по давней привычке, Трамп попытался обойти эту "помеху", вместо отказа от фирмы передав ее в управление детям.

Не так давно в СМИ просочилось свидетельство сына Дональда, Эрика Трампа, члена совета директоров Trump Organization (TO): отец до сих пор получает от ТО ежеквартальные финансовые отчеты.

Ясно, что в возрасте Трампа со старыми привычками расстаться непросто. Что президентство для него в первую очередь фантастически эффективная пиар-поддержка бизнеса основного. От которого он и не думает отказываться. Простой пример: объявление торговой войны не удерживает Трампа от частых поблажек тем или иным китайским компаниям, "продвигающим" бренды его дочери Иванки в Китае. 

Не меньшей заботой окружены и другие члены семьи. Когда "первый зять" США Джаред Кушнер передал свою девелоперскую компанию K Cos в управление сестре, та незамедлительно отправилась в Пекин, где пообещала партнерам, что участие суммами от 500.000$ в проекте очередной башни в Джерси Сити будет "премировано" специальными визами ЕВ-5. Гарантирующими после двух лет документированного пребывания в США статус постоянного жителя и дальнейшую ускоренную натурализацию. Вот вам - в одном пакете - и "торговая война", и ужесточение миграционной политики...  

Летом 2017 года администрация Белого дома объявила Катар "одним из главных спонсоров мирового терроризма". Изумлению американцев не было предела, когда год спустя они узнали, что Катар входит в число "больших друзей США". Несколько неофициальных источников, впрочем, указывают на причину столь разительной метаморфозы: очень высока вероятность финансового участия эмирата в реконструкции "флагового" объекта Джареда Кушнера - 666 Fifth Avenue.

Подобных примеров разностороннего патронажа семейного бизнеса немало. Участие в нем заинтересованных зарубежных правительств видно невооруженным глазом. Из простого факта, что Trump International Hotel Washington постоянно и довольно густо населен иностранными дипломатами, напрямую следует, что ТО регулярно получает доходы от правительств, этих дипломатов аккредитовавших.

При этом Статья 1 (параграф 9, пункт 8) Конституции не позволяет никому, действующему от имени правительства США, принять даже в разовом порядке подарок или знак отличия без согласования с Конгрессом. 

5 января колумнист The New York Times Дэвид Леонхардт написал: "Главная часть президентской присяги - хранить, беречь и защищать Конституцию США...

Трамп, однако,  поставил личные интересы выше национальных: принимал финансовые подарки от зарубежных стран, лгал американцам о своих контактах с враждебными США правительствами... Трамп недооценил американскую систему сдержек и противовесов, призывая к наказанию политических противников".

Двумя днями позже тот же автор подытожил: "хаос, творимый Трампом, порой может заслонять "большую картинку". Но "большая картинка" проста: в США никогда не было президента, столь показательно непригодного для занимаемой должности... Уже ясно, что главным вопросом 2019 года станет следующий: как намереваемся мы на это реагировать?.. И лишь один ответ может быть приемлемым... президент должен уйти".

Ясно, что The NY Times - как и The Washington Post, и телеканал CNN, и многие ведущие медиа США, - Трампу отнюдь не благоволят. Но ведь, настроив против себя один лишь мэйнстрим либеральных и леволиберальных СМИ, президент не мог бы удостоиться звания "столь показательно непригодного". "Показательность" состоит, помимо прочего, еще и в том, что одновременно Трампу удалось нажить себе немало врагов и внутри политического класса США, и в госструктурах, презрительно именуемых им (в Твиттере, конечно же) "бюрократией", и, наконец, в спецслужбах. 

Хотя именно от конфликта со спецслужбами настоятельно предостерегал патриарх американской realpolitik Генри Киссинджер, в известной беседе с Джаредом Кушнером заметив, что "последствия будут плачевны". 

Они определенно будут плачевными, когда вслед за итогами расследования Мюллера увидят свет результаты расследования гешефтов ТО и сателлитарных ей компаний.  Правда, именно по поводу скорости обнародования результатов второго расследования у желающих избавиться от Трампа консенсуса пока нет.

В отличие от либеральных СМИ, где предпочли бы не тянуть с публичными разоблачениями, в политическом мире США - вне зависимости от партийной принадлежности - многие вовсе не убеждены, что импичмент как таковой мог бы стать наиболее эффективной мерой. Его процедура достаточно долгая, займет она не менее года, да и нет гарантии, что в решающий момент в пользу импичмента проголосуют необходимые две трети Сената, где доминируют республиканцы.

Ясно, что такого сценария опасаются прежде всего демократы. Но есть опасения и у неподдерживающей Трампа части республиканцев. "Версия хард", то есть быстрый ход расследования нелегальной хозяйственно-финансовой деятельности президента, которое завершится неизбежным требованием импичмента, отвратил бы часть их электората. Дескать, давным-давно обо всем знали, но действовать решили лишь под сильным напором демократов! Неприлично.

Возможный компромисс обеих партий - вполне в канонах realpolitik. Не торопясь с расследованием бизнеса Трампа, дозируя "сливание" в СМИ все новых и новых фактов и свидетельских показаний, можно постараться дотянуть до конца президентской каденции. Такая тактика позволит к осени 2020 года заблокировать возможность перевыборов для Трампа без включения механизмов импичмента.

Тем более, что, учитывая известные псих(олог)ические свойства личности Трампа, можно предполагать, что прогнать его будет непросто. Куда проще - не дать войти снова. С таким характерным (и вполне предсказуемым) продуктом американской политической системы, как Никсон, подписавшим в 1974 году под давлением республиканцев "заявление по собственному желанию", не дожидаясь импичмента, демонстративно антисистемного Трампа никак не сравнить. Президент уже успел несколько раз пригрозить "в случае чего" массовыми беспорядками в столице и по всей стране. Впрочем, поначалу чем-то подобным грозил и Никсон. 

Предположений на данный счет множество. Если одна группа политиков всерьез опасается эскалации уличного насилия, то другая полагает, что в случае убедительныо доказанных должностных преступлений президента до такого вряд ли дойдет.

А бывший депутат Палаты представителей Элизабет Хольтцманн, в 1974 году голосовавшая за импичмент Никсона, а недавно опубликовавшая книгу "The Case For Impeaching Trump", считает, что нынешний обитатель  Белого дома в итоге определенно капитулирует: "У него уйма бравады, но по по существу он труслив и ничтожен".

На данный же момент основная задача Трампа - еще раз убедить свой "железный" электорат в последовательном исполнении предвыборных обещаний. В первом за свою каденцию Обращении к нации вечером 8 января президент много говорил о необходимости противостоять "гуманитарной катастрофе" на южной границе США, где с мексиканской стороны скопилось уже более 60 000 мигрантов, в большинстве из беднейших южноамериканских стран - Гондураса, Гватемалы и Сальвадора. Конечно же, в президентском спиче нашлось место и для коварных демократов, чьи козни, оказывается, привели к шатдауну федерального правительства.

В свою очередь, демократы никак не отрицают своей готовности к переговорам о финансировании безопасности на южной границе. Но только не в режиме шатдауна. Спикер демократической партии Чак Шумер предельно ясно сформулировал это требование: переговоры о бюджете и шатдаун связаны между собой не более, чем мухи и котлеты.  

Не абсурдна ли ситуация, в которой рассуждающий о гуманитарной катастрофе президент фактически превратил 800 000 гражданских служащих в заложников своей "хотелки", более полумесяца не получающих зарплат? Хотя ему-то какое горе - его собственные доходы регулярно "капают" из многих источников. Пока.

Но брутально навязать свою волю Конгрессу Трампу не удастся. Юристы уже успели ему растолковать, что для чрезвычайного положения, которым он успел, недолго думая, пригрозить, отсутствует правовая база. И любая судебная инстанция эту затею мгновенно опротестует. Нравится это президенту, или нет, его страна - не Турция и не Россия, и основу американской демократии - жесткий треугольник власти - сломать ему просто не под силу. Так что договариваться автору "Искусства переговоров" все равно придется.

Тем более, что демократы ассигнованиям на безопасность границы в принципе не противятся. Но выдать согласны не более двух млрд. Готовы даже согласиться на прозрачный стальной частокол - вместо глухой железобетонной стены, сооружение которой по политическим причинам считают постыдным для свободной страны. 

С другой стороны, и электорату Трампа памяти не отшибло: заверений кандидата в президенты, что "мы построим стену, а заплатит за это Мексика" никто не забыл.

Поэтому об исполнении предвыборного обещания в полной мере нет и речи. Речь скорее о том, насколько отсрочит "битва о стене" дальнейший ход внутриполитической борьбы в США. Выиграть в которой у Трампа мало шансов.   

НАВЕРХ