"Инъекции авторитаризма и связь с режимом Путина оттесняют важные вещи". С чем в Европарламент идет НКП?

ФОТО: Evija Trifanova/LETA

Европейский союз (ЕС) должен отстаивать важные для общества консервативные ценности, в противном случае он может распасться, заявил в интервью агентству LETA первый номер списка Новой консервативной партии (НКП) на выборах в Европарламент Андис Кудорс. 

По его мнению, если не искать решения проблемы миграции и других вопросов с консервативной позиции, то ускоренное движение к федерализации может вызвать противоположный эффект.

"Девиз Европы — "Едины в многообразии". Единство акцентировано, а многоообразие порой оттесняется", - сказал Кудорс.

С точки зрения политика, ЕС больше всего не хватает смелости и решительности, и именно эти качества лично он и НКП готовы привнести в Европарламент.

- Почему вы решили баллотироваться на выборы Европарламента?

- Работая в Центре исследований восточноевропейской политики более 10 лет, я не только комментировал события, но и принимал участие во многих международных конференциях и семинарах в столицах ЕС, в Канаде и США.

Там приходилось разъяснять ситуацию в Латвии, нередко и отношения с Россией. Это наши союзники, и мы заинтересованы в том, чтобы они хорошо понимали, что происходит в странах Балтии, и понимали, каковы планы Кремля в странах Балтии, в ЕС в целом и в Северной Америке.

Я понял, что нельзя все время об этом только говорить, что-то нужно и делать. Если ты исследователь, то ты как гость и тебя слушают, если же ты в процессе и сам принимаешь решения, знания могут послужить действиям, а не только тому, чтобы давать советы. Это моя личная мотивация.

Кроме того, мне больно смотреть, как консервативная идеология в ЕС оттесняется на маргинальные позиции. Причина в волне популизма, но камень нужно бросить и в сторону социал-демократов и либералов, где мы наблюдаем легкомыслие и игнорирование мнения значительной части общества ЕС, что привело к тому, что проблема популизма не исчезает.

Если вы боитесь смотреть проблеме в глаза или не называете ее настоящим именем, она потом возвращается взрывоподобно, и именно это произошло с популизмом.

Больно, что часть популистов используют консервативные идеи, дискредитируя их и связываясь с президентом России Владимиром Путиным, беря деньги у представителей российской власти. Это мы видим во Франции с Марин Ле Пен, в Италии с Маттео Сальвини.

Они говорят частично правильные и полезные вещи, но компрометация происходит через связь с авторитарным режимом.

Инъекции авторитаризма и связь с режимом Путина оттесняют важные вещи, и мы попадаем в ситуацию вызова.

Дискуссии между либеральными, социал-демократическими и консервативными ценностями должны проходить внутри Европы, без внешних "впрыскиваний".

- Каковы ваши личные амбиции, если вы пройдете в Европарламент? В каких комитетах вы охотно работали бы?

- Моя специализация — внешняя политика, особенно страны Восточного партнерства. Россия, а также внешняя политика России в отношениях с соседями, с ЕС и НАТО.

Я бы хотел работать в комитете по иностранным делам, особое внимание уделяя уменьшению российского дезинформирующего влияния.

То, что об этом начали говорить, не означает, что проблема решена и принято достаточно решений. Фактически, это лишь с опозданием начатый процесс.

- Как вы оцениваете свои шансы быть избранным в Европарламент?

- Я оцениваю возможности пройти в Европарламент как очень хорошие. Конечно, это решат избиратели, но я вижу, что НКП своей работой во внутренней политике доказала, что на нее можно положиться. Партия быстро растет, и я рад тому, что принимаются новые люди, но часть из них получает и отказ. На это тоже нужна смелость. Хорошо, что люди идут в политику, но они должны понимать, в какую партию идут.

Понимание об идеологических ценностях находится в Латвии на очень низком уровне.

Это причина, почему так низок уровень доверия парламенту и политическим партиям. Это частично связано с тем, что люди сами не осознают, за какие решения они готовы выступать, например, в экономике.

Партии должны просвещать своих членов и латвийское общество, иначе будет разочарование. Человек, который голосует за социал-демократов, а внутренне ждет правых решений или наоборот, позже разочаруется. Может быть, он руководствовался неясными индикаторами.

Это еще одна проблема, которая в Латвии не решалась. Есть много партий с тематической, а не идеологической установкой. В конце 20-го века в Европе и мире в политике влияние идеологий уменьшилось, но не исчезло полностью и снова пробуждается.

Конкретные установки в политической идеологии позволяют на неясных этапах понять, как решать вопросы. Избиратели будут понимать, как будет действовать партия, в чем ее позиция.

Тематические партии долго не живут, потому что, когда проблема решена, возникает вопрос, что делать дальше.

- Может ли это увеличить обычно вялую активность избирателей на выборах в Европарламент?

- Я на это надеюсь и не соглашаюсь с прогнозами, что в этом году активность будет особенно низкой. Я вижу противоположное — активность будет выше, потому что есть интрига, соревнование и конкуренция. Это именно то, что нужно демократии — конкуренция, чтобы были избраны лучшие.

- Какие интересы Латвии НКП обязуется отстаивать в Европарламенте?

- То, что мы видим в европейских органах — это нерешительность, например, в проблеме миграции. Но это не центральная вещь.

Страх принимать смелые решения, называть вещи истинными именами, преувеличенная политкорректность привели к ситуации, когда многое происходит слишком поздно или вообще не происходит.

Более строгий пограничный контроль — это механизм сохранения внутренней безопасности. С другой стороны, люди боятся потерять свободы, полученные в Европе, и Шенгенская зона — это преимущество. Чтобы не деформировать его, нужно строже охранять внешнюю границу.

В новом многолетнем бюджете ЕС происходит известное перераспределение, потому что бюджет должен быть современным. НКП за современный подход к экономике, поэтому бюджет должен быть более гибким и простым.

В том смысле, что сейчас слишком много программ, через которые европейское финансирование поступает в страны-участницы. От 58 программ планируется перейти к 37.

Гибкость нужна из-за печального опыта 2015 года, когда начался кризис миграции, потому что не хватало средств и трудно было что-то решить.

Проблемы миграции важно решать за границами ЕС. Политика соседей — одна из тех, которые не провалились полностью, но она была слабой. Подход к политике соседей на юге и на востоке был бюрократическим, в нем не было стратегического подхода и не хватало гибкости.

Гибкость в бюджете означает, что должен быть резерв на непредвиденные обстоятельства. В 2007 году я был в Испании, в одной мэрии, и говорил с испанскими коллегами. Было заметно, что они в отчаянии от миграции, потому что один из путей миграции шел именно через Испанию. Уже тогда ЕС нужно было серьезно решать эту проблему, но почему-то ждали катаклизма.

В новом бюджете идет дискуссия о том, что нужно выделить больше средств на оборону. Общая политика обороны по-настоящему не развивалась.

В Лиссабонском договоре говорится, что ее можно развивать, если страны договорятся, но преждевременно говорить о европейской армии, потому что нужно укреплять трансатлантическую связь между Канадой, США и Европой.

Укреплять нужно и НАТО, и не надо изобретать велосипед, потому что НАТО является самым эффективным военным альянсом в мире. Его эффективность доказана тем, что ни одно государство не нападало в конвенциональной войне ни на одно из государств НАТО. Были террористические атаки, но в таком случае и европейская армия не будет решением. Мы выступаем за то, чтобы европейские страны были более ответственны за свою оборону, но и не искали альтернативы НАТО.

Также в новом бюджете обсуждаются традиционные программы — сплочение и сельскохозяйственная политика. Тут Латвия должна бороться за то, чтобы эти программы не были уменьшены, и, если у нас низкие прямые дотации по сравнению со средним показателем ЕС, нужно бороться за то, чтобы этот уровень по крайней мере сохранился, то есть дотации уменьшились тем, у кого они и так большие. В экономически влиятельных странах ЕС понимание философии политики сплочения, как должно происходить выравнивание, к сожалению, связано с несправедливостью. Национальные интересы превалируют.

При прежних созывах у правительств стран нашего региона решение этих вопросов шло с трудом. Европейская сельскохозяйственная политика вообще архаична. Когда она формировалась, самые большие блага должна была получать Франция, тогда как Германия развивалась как индустриальная страна, а у стран Бенилюкса были другие преимущества. Это был послевоенный период, начинался общий рынок, но с тех пор прошло время.

В то же время надо признать, что наш регион выигрывает даже при том, что политика была не самой лучшей. Это был стимулирующий фактор для латвийских фермеров. Также речь идет о цифровой экономике и новых навыках, нужных на уровне всего ЕС. Внесение новых акцентов в новый бюджет связано с инновациями и наукой. ЕС по ряду позиций начинает уступать Китаю и США.

При нынешней философии ЕС формировать конкурентоспособность нелегко, социал-демократическая идея не особо помогает конкурентоспособности.

- Каковы возможности в Европарламенте следующего созыва достичь выгодного для Латвии многолетнего бюджета ЕС?

- Без сомнения, мы будем выступать и лоббировать. Часть депутатов и правительство Латвии боролись за то, чтобы повернуть ситуацию в выгодном для Латвии направлении, но один аспект, в котором действительно возможны улучшения, - это поддержка крестьянам. Союз "зеленых" и крестьян поддерживал в основном большие хозяйства, а позиция НКП в том, чтобы больше поддерживать малые и средние.

- Какие риски вы видите в выборах в Европарламент? Можем ли мы ожидать активных попыток вмешательства со стороны России?

- Вмешательство России мы видели в нескольких странах, в том числе в США. Реакция США была адекватной и решительной, в ЕС это происходит медленнее. Странам Балтии важно понимать, что на Латвию в период между выборами влияние оказывается сильнее, чем на другие страны ЕС. Россия вовсе не столь могущественна, но больше пытается проецировать свою мощь.

Россия потирает руки и рада, когда ЕС начинает шататься. Это связано со внешнеполитическими целями России, что я назвал бы политикой раскола с тремя большими измерениями.

Одно из них — раскол между Северной Америкой и Европой, чтобы ослабить единый голос ЕС во внешней политике и в целом в переговорах Запада с Россией, когда речь идет, например, об аннексии Крыма. Пока Европа едина с Канадой и США, у Путина практически нет возможностей для маневра. Brexit выгоден России, потому что столицы ссорятся.

Третье измерение — это раскалывать государства изнутри, создавая поляризацию общества — если, например, в стране есть этнический вопрос, подливать масла в огонь туда. Можно также формировать раскол между элитой и "простыми людьми", использовать другие внутренние проблемы.

Я не скажу, что Россия очень влиятельна, но она использует слабости других государств.

- Как может измениться расстановка сил после этих выборов в Европарламент?

- Прогнозы свидетельствуют, что евроскептиков и популистов в Европарламенте будет больше.

НКП проевропейски настроена, и консерватизм, который мы хотим развивать на уровне ЕС, не увязывается с популизмом и радикальными идеями. Он принципиально нужен, чтобы ЕС в будущем не развалился.

Если решения не будут приниматься на основе консервативной позиции по миграции и другим вопросам, то ускоренное движение к федерализации может привести к противоположному эффекту.

Мне нравится часть идей президента Франции Эммануэля Макрона, но я не могу согласиться, что решение против распада ЕС — "больше федерализма". Так можно потерять не только Великобританию. Это неправильное отношение.

Мы выступаем за союз национальных государств, но это все равно единая Европа. Слишком сильный процесс интеграции, без учета мнения значительной части общества, может дать обратный эффект.

- Каковы важнейшие преимущества и минусы, которые ЕС за 15 лет дал Латвии?

- Преимуществами я назвал бы две вещи — экономический рост и развитие демократии. Мотивация вступить в ЕС и НАТО была очень сильным стимулом в проведении реформ. Нам пошла на благо еврозона.

Плохое не идет из Брюсселя, оно тут, у нас — мы по-прежнему недостаточно смелые, стеснительные, нам не хватает самосознания.

Тем, кто не уважает себя, трудно добиться уважения других. Не надо безумствовать и быть популистами, нужно здоровое самосознание и смелость выступать за свои интересы. Я смотрю на это оптимистично, потому что самосознание растет.

НАВЕРХ