"Процессуальное безумие". Как прошли новые слушания "квартирного дела" Любови Соболь

Любовь Соболь. ФОТО: KIRILL KUDRYAVTSEV/AFP

В Перовском районном суде в понедельник продолжили рассматривать "квартирное дело" Любови Соболь. Ее обвиняют в проникновении в квартиру семьи предполагаемого участника отравления Навального. Слушания вышли нервными - судья отказалась выпустить из зала адвоката по назначению, а допрошенные свидетели - полицейские и доставщик - путались в показаниях и не могли четко вспомнить события 21 декабря.

Нового заседания мирового суда судебного участка №27 участники и зрители процесса по "квартирному делу" против Любови Соболь ждали в состоянии неопределенности.

В первый день рассмотрения судья Инна Шилободина удалила юриста Фонда борьбы с коррупцией* из зала до окончания прений - после того, как Соболь неоднократно отказалась выключить свою видеокамеру.

На прощание подсудимая отказалась от своего адвоката Владимира Воронина, но принимать такую просьбу в устной форме судья отказалась. После допроса потерпевших Галины Субботиной и Ирины Кудрявцевой - жены и тещи предполагаемого участника отравления Навального Константина Кудрявцева - и одного свидетеля Соболь неожиданно вернули в зал.

Сразу после того как она передала письменное заявление об отказе от адвоката, заседание окончилось. Воронин назвал происходящее "Санта-Барбарой", потому что процессуальный статус Соболь после удаления и внезапного возвращения был не ясен.

"Я самоустраняюсь из зала заседания"

Несмотря на отказ от адвоката, в понедельник Соболь вновь появилась в суде с Ворониным. Это заседание - первое после отмены ее домашнего ареста по "санитарному делу", поэтому в Перовский районный суд юрист ФБК приехала без приставов (но с браслетом на левой лодыжке).

Журналистам Соболь объяснила, что вновь заключила с Ворониным договор, потому что "доверяет" ему. Отказ от адвоката неделей ранее она объяснила нежеланием видеть, как ее защитник участвует в "цирке и спектакле".

Но на заседании рядом с Ворониным появилась неизвестная женщина - журналистам ее представили как адвоката по назначению Татьяну Боженову. После того как судья Шилободина открыла заседание, Соболь сразу заявила, что отказывается от услуг Боженовой, с которой, по ее словам, "познакомилась в лифте" за пять минут до начала процесса.

С отказом согласились и сама Боженова, и прокурор Константин Головизнин, который подчеркнул, что у Соболь "есть право самостоятельно выбирать защитника".

Шилободина ушла выносить решение. В ее ожидании Соболь шутила с журналистами по поводу неясного статуса: "Если меня снова удалят, то будет смешно, потому что дело о проникновении в квартиру Кудрявцева, но ни Кудрявцева, ни меня в зале не будет".

Вернувшаяся судья к удивлению участников процесса и репортеров объявила, что отказывается отпустить адвоката Боженову, не найдя для этого оснований. Воронина при этом в процесс допустили.

Возмущенная Соболь попыталась повторно отказаться от Боженовой, но Шилободина отрезала, что суд ходатайство уже рассмотрел. Тогда подсудимая попыталась выяснить, почему ее пустили обратно на заседание.

- Я нахожусь в зале заседания? - спросила она.

- Да, находитесь, - ответила Шилободина.

- Физически нахожусь, - согласилась Соболь. - Но вы меня на прошлом заседании удалили, теперь вернули. То решение отменили? Вы это сделали, проговаривая про себя? Если то решение в силе - почему я заявляю ходатайства?

Шилободина попросила Соболь сесть и прекратить задавать вопросы. Письменных объяснений по поводу того, когда было отменено решение об удалении, защите не предоставили.

Тогда с места встала Татьяна Боженова. "Я вынуждена сделать заявление. Закон об адвокатской деятельности, а также кодекс об адвокатской этике не позволяет осуществлять двойную защиту", - сказала юрист, собирая сумку. Боженова сослалась и на кодекс Адвокатской палаты Москвы, и на отказ самой Соболь, которые сделали ее участие в процессе невозможным.

- Я самоустраняюсь и покидаю зал судебного заседания, - объявила Боженова

- Присядьте, пожалуйста. Суд вас не освобождает, - ответила Шилободина.

После нескольких неудачных попыток уйти Боженова согласилась присесть на самой дальней скамье для слушателей под сдержанный смех журналистов.

"Протиснулась или не протиснулась?"

После перепалки в суд пригласили одного из самых долгожданных свидетелей, доставщика пиццы Владислава Никифорова, который днем 21 декабря привез заказ к квартире Субботиной-Кудрявцевых.

Курьер рассказал, что, войдя в подъезд, встретил неизвестную девушку (ей впоследствии оказалась Соболь).

"Она сказала: "У меня семейные проблемы, муж не разрешает видеться с ребенком. Можно я с вами поднимусь?" Я ответил: "Поехали", - рассказывал суду Никифоров, не отрываясь от экрана телефона. После того как Субботина открыла дверь и передала деньги за пиццу, Соболь начала говорить, что ей "надо поговорить с Константином".

- Она пыталась пойти в предквартирное пространство, предбанничек, проталкивалась туда. За руку, по-моему, схватила, Больше никаких действий я не заметил, - объяснял курьер прокурору.

- В вашем присутствии заходила [в тамбур]? Или только пыталась войти? - уточнил Головизнин.

- Только пыталась, - ответил свидетель.

После этого "началась возня" и Никифоров решил уйти с места событий.

Шилободина предложила Боженовой поучаствовать в допросе свидетеля, но та напомнила, что отказалась участвовать в процессе. Слово дали Соболь, та решила уточнить у курьера, что именно он увидел на лестничной клетке.

- Вы говорили, что не видели, как я проходила в тамбур, - уточнил Соболь.

- Я не видел, как вы проходили в тамбур, - подтвердил Никифоров

- Дверь тамбура была прикрыта Субботиной, - продолжала юрист ФБК.

- Ну да.

- Видели ли вы, как применяю насилие или угрожаю?

- Нет. Ну, смотря что… Схватить руку это считается?

В разговор вмешалась судья Шилободина:

- Вы видели, что дверь тамбура была закрыта?

- Дверь была прикрыта. Все происходило на лестничной клетке… Дверь была закрыта, потому что потерпевшая вышла ко мне наружу, - растерянно отвечал Никифоров.

- Вы пояснили, что подсудимая пыталась ее втолкнуть, - напомнила ему Шилободина

- Значит ошибся. Некуда было втолкнуть, дверь была закрыта, - совсем потерялся Никифоров.

После попыток судьи Шилободиной переспросить, что все-таки происходило с тамбурной дверью, расстроенный курьер возмутился: "Вы бы еще через полгода спросили. У меня тысячи клиентов".

Для прояснения происходящего прокурор попросил зачитать показания, которые Никифоров давал следователю - в них он сказал, что Соболь "все-таки проталкивалась внутрь". Разговор о двери на лестничной площадке разгорелся с новой силой.

- Так я пыталась все-таки протиснуться или втолкнуть? - спросила Соболь.

- Когда я ждал лифта, женщина пыталась уйти обратно в квартиру. Вы пытались протиснуться. А протиснуться, не втолкнув ее, невозможно ведь? - предположил курьер.

- Здесь я задаю вопросы. Я протиснулась или не протиснулась?

- Пытались протиснуться - упавшим голосом ответил Никифоров.

- Почему вы смотрите в телефон? - возмутилась Соболь.

- Вспоминаю. А куда мне, на вас смотреть?

Воронин обратил внимание на еще одну нестыковку - в показаниях следователю Никифиров говорил про "квартиру", но в суде говорил, что видел только в ход в тамбурное помещение. На вопрос о том, читал ли он протокол допроса, Никифоров ответил: "Пробежал глазами". Перед уходом из зала он сказал, что подтверждает все озвученные показания.

"Она пояснила, что сильно испугалась"

Следом за курьером прокурор Головизнин для "соблюдения прав" Соболь предложил повторно допустить участкового Петра Телюкова, который уже дал показания на прошлом заседании. Сама Соболь при этом не присутствовала, потому что ее удалили из зала.

Тогда Соболь объявила, что заявляет судье Шилободиной отвод. "Меня то удалили из суда, то вернули. Я отказалась от услуг адвоката. Но судья решил допрашивать свидетеля. А сейчас, как я понимаю, суд пытается исправить свои ошибки", - сказала Соболь, обвинил суд в пристрастности. - То, что происходит, судом не является, бесконечный карнавал из заседания в заседание".

С отводом согласился и Воронин, оценивший происходящее как "процессуальное безумие". Потерпевшие и прокурор ожидаемо высказались против. После того как Шилободина вышла из зала, его, несмотря на запрет, покинула и адвокат Боженова.

Пока судья решала вопрос об отводе, корреспонденту Би-би-си удалось задать вопрос Галине Субботиной - ни она, ни ее дочь Ирина ни разу не комментировали расследования об отравлении Навального, после которых Соболь и пришла к их квартире. На вопрос о том, видела ли она эти фильмы, Субботина отрицательно покачала головой.

После этого Соболь обратилась к Ирине Кудрявцевой, спросив, как давно она видела мужа. Потерпевшая промолчала. "Если вы не знаете так долго, где он находится, не хотите заявление о розыске подать?" - продолжила юрист ФБК. На прошлом заседании Кудрявцева рассказывала, что находится в стадии развода с мужем и не говорила с ним последние несколько месяцев.

Вернувшаяся Шилободина отказала в ходатайстве о своем отводе и попросила начать допрос участкового Телюкова. Тот рассказал прокурору примерно то же самое, что и на прошлом заседании: 21 декабря он после вызова приехал в квартиру Субботиных, "посторонних лиц не обнаружил". Субботина в своих объяснениях сообщила Тюлякову, что "испугалась" из-за визита Соболь.

- Относительно физического воздействий говорила? - спросил прокурор

- Возможно, говорила - ответил Тюляков.

После Тюляков поехал в отдел для регистрации заявления, но вернулся, когда ему сообщили, что проникшие к Кудрявцевым лица все еще находятся во дворе дома. В машине каршеринга Тюляков увидел трех человек, сотрудники патрульно-постовой службы сообщили ему, что одна из них - это Любовь Соболь.

Когда подсудимая получила слово, она обратила внимание Тюлякова, что в самых первых объяснениях, которые Субботина дала ему днем 21 декабря, говорится, что ей не нанесли ни физический, ни моральный вред. А вот уже в письменных показаниях участковый писал, что Соболь хватала Субботину за руку и толкала ее.

- Это выяснилось в дальнейшем, - объяснил Телюков.

- А почему этого не было изначально в объяснениях, - поинтересовалась Соболь.

- Наверное, упущение, - предположил участковый.

Прояснить ситуацию попытался Воронин. Он уточнил у Телюкова, говорила ли Субботина о том, что действия Соболь нанесли ей вред 21 декабря. "Она пояснила, что сильно испугалась", - сказал участковый. Уже после, давая показания, теща Кудрявцева уточнила, что юрист ФБК толкнула ее.

Тогда Соболь попросила судью огласить те самые объяснения, которые давались Субботиной сразу после ее визита. Но сначала прокурор, а потом и Шилободина выступили против, сославшись на то, что объяснения не являются доказательством по уголовному делу.

"Либо у вашего коллеги шизофрения, либо что-то непонятное происходило"

После в суде допросили сразу нескольких полицейских, которые 21 декабря приезжали к дому на Суздальской улице.

Первым из них был Кирилл Коробков, оперуполномоченный отдела полиции по Новокосино. Он прибыл на место событий днем, когда узнал от Телюкова, что подозреваемые в проникновении в квартиру Субботиной все еще находятся во дворе дома.

Прокурор уточнил у свидетеля, сразу ли Телюков сообщил ему, что к потерпевшей применили насилие. "Да, сказал, что оттолкнули", - ответил тот.

По словам Коробкова, во дворе дома он увидел машину, где находилась Соболь - это поняли в том числе благодаря трансляции, которую она вела в своих соцсетях. Покинуть машину она отказывалась.

"В 19:15 гражданка Соболь вышла с заднего сидения. Я показал удостоверение, попросил предъявить паспорт. Потом попросил ее проследовать в отдел полиции… Она ответила: "Я даже слушать не хочу", начала меня отталкивать и уходить. Я аккуратно взял Любовь Эдуардовну под ручку и сопроводил ее в автобус", - сообщил Коробков.

В отделе полиции на Соболь составили протокол по статье КоАП 19.3 (неповиновение законному распоряжению сотруднику полиции). Соболь с оценкой Коробкова по поводу своего задержания не согласилась - по ее словам, он "волок" ее и применял физическую силу. "Под ручку мы не ходили", - заявила юрист ФБК.

После она попыталась выяснить, на каком основании ее задержали - но Шилободина по просьбе прокурора сняла эти вопросы, как не относящиеся к делу.

Затем подсудимая вновь вернулась к центральной теме всех допросов: отсутствию жалоб Субботиной на насилие в объяснениях, данных в день событий.

- Почему ни в одном документе 21 декабря не было зафиксировано слов "насилие", "угроза применения насилия"? Ни в административном протоколе, ни в объяснениях, данных Телюкова, ни в ваших рапортах.

- В протоколах не было? - удивился Коробков

- Ни в одном документе, - ответила Соболь.

Оперуполномоченный тогда повторил, что составлял только протокол по статье 19.3, а о насилии в тот день узнал от Телюкова. "Он нам тут говорил, что не знал этого тогда. Либо у вашего коллеги шизофрения, либо что-то непонятное происходило 21 декабря", - прокомментировала его слова Соболь.

Следом юрист ФБК предположила, что Субботина, которая выходила на улицу чтобы ее опознать, и вовсе могла нарушить условия карантина - в декабре семья Кудрявцевых переболела ковидом. Но после возражений судьи и прокурора допрос свидетеля быстро завершился.

Тогда за трибуну встал еще один полицейский, сотрудник отдельного батальона патрульно-постовой службы по Восточному округу по имени Александр (его фамилию журналисты не расслышали).

Его вызвали во двор, где находилась Соболь, вместе с другими сотрудниками полиции. Он коротко сообщил, что подсудимая отказывалась покинуть машину, но потом добровольно сделала это, после чего ее доставили в отдел.

- Раз вышла сама, почему тогда был составлен протокол? - спросила Соболь

- Наверное, потому что вы неоднократно отказывались выйти, - с вызовом ответил Александр.

- Вы что-то о произошедшем в квартирах знали?

- У квартир 37-38 я не был.

- А зачем вы тогда сюда пришли? - удивилась Соболь.

"У нас здесь идет какое-то искусственное увеличение свидетелей, - обратилась юрист ФБК к судье. - Пригласили всех полицейских из ОВД "Новокосино", затягиваем процесс, хотя они событий не видели, пояснить ничего не могут".

Напоследок Соболь решила узнать у свидетеля Александра, как он понял, что именно она находится в машине. "Потому что вы вели трансляцию. Я ее даже сам смотрел время от времени", - объяснил он.

"Может, что-то путаю"

Следующим в зал зашел еще один участковый, Андрей Кауров. Его вызвали во двор Суздальской улицы для "оказания помощи".

"Там находились журналисты, очевидцы простые, много граждан. Нужна была охрана общественного порядка. В автомобиле находились трое граждан. Я охранял общественный порядок", - старательно объяснял полицейский.

После задержания Соболь Кауров остался рядом с машиной каршеринга, "чтобы никто не проник". "По прибытии следственно-оперативной группы я направился в квартиру гражданки, чтобы опросить ее более подробно по обстоятельствам", - сообщил свидетель. Пообщаться ему удалось с Субботиной и ее дочерью (их фамилий Каурову вспомнить не удалось).

Прокурор Головизнин попросил участкового вспомнить, что именно ему рассказали потерпевшие. Тот описал события, которые пересказывались в суде уже несколько раз: утром неизвестные звонили в дверь квартиры, потом к ней пришли люди в халатах, представившиеся Роспотребнадзором, а после - доставщик пиццы.

"Обстоятельства помню, что женщина настырная была, схватила за руку… за левую вроде, оттолкнула, забежала в квартиру и снимала происходящее на мобильный телефон. Вот что помню", - пересказал Кауров.

В этот момент слово взяла защита Соболь - выяснилось, что по документам Кауров вообще не допрашивал Галину Субботину. "Что за историю вы нам рассказываете? Где вы ее прочитали?" - допрашивала подсудимая растерявшегося Каурова.

Прокурор попросил сделать Соболь замечание за то, что она вводит свидетеля в заблуждение - по документам он опрашивал Кудрявцеву.

- Он сказал, что опрашивал Субботину, - отметила юрист ФБК

- Он сказал, что опрашивал обеих женщин, - парировал Головизнин.

В разговор вмешался адвокат Воронин - он попросил у Каурова уточнить, кого и когда он все-таки опросил. "Я опрашивал и Субботину, и Кудрявцеву. Может, что-то путаю…", - протянул участковый.

К допросу вновь перешла Соболь.

- Вы сказали, что было насилие. Почему это в письменных объяснениях не зафиксировано?

- Почему, должно быть зафиксировано, - совсем растерялся Кауров.

Тогда Шилободина тихо зачитала показания участкового, которые он дал следователю через месяц после событий. В них пересказывалось, как Ирина Кудрявцева услышала "взволнованный голос матери".

Соболь обратила внимание, что декабрьские объяснения Кудрявцевой не были подробными, но к моменту допроса Каурова следователем появилось много деталей. "Откуда они появились?" - спросила она. Судья вопрос сняла.

Перед уходом Кауров попросил доверять показаниям, которые он дал во время общения со следователем.

"Ты что, дурочка, что ли?"

Вслед за участковым в зал пригласили сотрудницу полиции по фамилии Елизарова, но в суде ее не оказалось. Выяснилось, что свидетельница сейчас в отпуске, поэтому прокурор от ее допроса отказался.

Воронин с отказом не согласился, назвав Елизарову "ключевым свидетелем". Именно она проводила на месте событий следственные действия, например, осмотр тамбурной двери, хотя обычно дела по статье о неприкосновенности жилища ведет Следственный комитет. Судья объяснила, что не может обязать обвинение вызвать того или иного свидетеля.

На этом список свидетелей прокурора Головизнина закончился и он попросил начать исследовать материалы дела. Шилободина начала читать документы тихим голосом. После этого часть журналистов решила покинуть зал, потому что разобрать речь судьи было почти невозможно.

Среди того, что все-таки удалось расслышать слушателям, был протокол осмотра багажника машины каршеринга - в нем нашли респираторы, маски и белые халаты.

Шибободина также зачитала заключение эксперта, установившего "сдавливание мягких тканей левого предплечья" у Субботиной. При этом вывод специалиста назван "вероятностным".

Кроме того, судья прочитала расшифровку и описание видеозаписи, которая предположительно была снята у квартир 37-38. Речь идет о содержании ролика, который 15 января появился в телеграм-каналах "Товарищ майор" и LifeShot. На нем от первого лица снят конфликт с женщиной, похожей на Субботину, а за кадром звучит голос, похожий на голос Соболь.

Из видео следует, что его автор действительно зашла в ближайшую к двери тамбура квартиру и прошлась по пустым комнатам, в которых шел ремонт. При этом хозяйка обращается к ней словами "на выход", "ты что, дурочка что ли", а также грозит вызывать полицию. Эти цитаты и зачитала Шилободина.

Еще до начала процесса Воронин прямо не ответил на вопрос Би-би-си о подлинности ролика, но сообщил, что защита намерена оспорить само использование записи неясного происхождения в качестве вещественного доказательства по делу.

Шилободина также прочитала письменные показания Галины Субботиной - они мало отличались от тех, которые она давала в суде. Соболь потерпевшая описала как "симпатичную русоволосую" девушку.

В какой-то момент Соболь прервала Шилободину - та зачитывала протокол опознания Субботиной подсудимой. Юрист ФБК уточнила, будут ли в процессе смотреть само видео, потому что на нем задаются "наводящие вопросы", а следователь о чем-то говорит с Субботиной.

Ближе к пяти вечера Головизнин начал показывать собравшимся ролики из материалов дела. Видео показывали на небольшом мониторе возле стола судьи, журналисты шутили про "бинокли", которые нужны, чтобы рассмотреть происходящее.

Первым прокурор показал кусок из онлайн-трансляции, которая была опубликована в "Твиттере" Соболь. На ней она говорит, что женщина, которую она приняла за "маму Кудрявцева", "не открыла дверь, но мне удалось зайти к ней в квартиру, в соседнюю квартиру с той, где они закрылись с доставщиком пиццы. Они вызвали полицейских".

Судья спросила у Соболь и Воронина, хотят ли они дать пояснения по поводу ролика. Те от этой возможности отказались.

После этого процесс застопорился - воспроизвести второй ролик на компьютере не получалось, хотя над монитором нависли сразу три человека во главе с прокурором, который сосредоточенно щелкал мышью. Отчаявшись, Головизнин решил выключить системный блок и запустить его заново.

Но и это не ускорило процесс - судя по всему, у секретаря и прокурора возникли проблемы с введением пароля. "У нас что, перерыв?" - поинтересовалась Соболь. "Нет", - ответила Шилободина. Пауза к тому моменту продолжалась уже около 15 минут. Наконец зайти в систему удалось.

Но делу и это не помогло - Головизнин сдался и попросил судью передать другой диск. Он содержал ту самую запись от первого лица, расшифровку которой часом ранее зачитала Шилободина. Участники процесса посмотрели его в абсолютной тишине.

Затем, в склейку с видео, показали отрывок из ролика, записанного Соболь для Navalny.Live - там она рассказывает о ныстыковках в деле. Неожиданно Головизнин прервал его на середине.

- Нет уж, давайте посмотрим, - возразила Соболь.

Выяснилось, что для прокурора представлял интерес только один фрагмент видео - какой, расслышать журналистам не удалось. Головизнин объяснил, что дальнейшее "не относится к материалам дела". "Почему оно в вещественных доказательствах тогда, если не имеет отношения", - спросила Соболь. Она добавила, что в дальнейшем защита планировала ссылаться на этот ролик, но судья попросила ее вопросов не задавать.

Следом Головизнин включил видео с камер наблюдения. На первом ролике, снятом утром, видно, как Соболь подходит к подъезду. Вторая и третья запись были сделаны, когда на улице было уже светло. На одной из них видно, как на заднем плане проезжает машина.

"Это ваша машина каршеринга?" - спросил прокурор. Соболь, подойдя к монитору, сказала, что не помнит, на какой машине она приезжала в тот день.

Соболь посреди одного из видео просить отпустить ее домой - по условиям меры пресечения по другому, так называемому "санитарному делу" она должна попасть в квартиру к 20:00. Было уже начало седьмого, и Соболь сказала, что боится опоздать из-за пробок.

Дома у Соболь стоит специальное контрольное устройство, которое отслеживает ее положение. "Я когда пыль протираю, уже паника, что устройство сдвинулось, тревожные звонки, машины с мигалками приезжают", - заявила она.

"Возражений нет. Если надо, значит надо", - согласилась Субботина. Прокурор в свою очередь попросил проверить, действительно ли Мосгорсуд поставил обвиняемой такие условия.

Судья объявила перерыв, но Соболь дожидаться его конца не стала и ушла из зала заседания.

После заседания Воронин сообщил журналистам, что не намерен приходить в Перовский суд во вторник. Приедет ли туда Соболь, он уточнить не смог.

Адвокат предположил, что завтра в суде может появиться Татьяна Боженова - адвокат по назначению, которая формально так и не была освобождена от процесса.

*Фонд борьбы с коррупцией признан в России иностранным агентом


НАВЕРХ
Back