"Вцепились [во власть] и держимся, как вошь за воротник", – говорил в 1957 году советский лидер Никита Хрущёв, мой прадед. Чтобы подчеркнуть свою мысль, он попросил аудиторию – шокированных аппаратчиков Коммунистической партии – назвать средний возраст ухода в отставку. "Около 65", – отвечали из зала. 63-летний Хрущёв пошутил, что уже приближается к этому возрасту и хотел бы спокойно "чаёк попивать" на пенсии, а не чтобы его уносили прямо с заседаний в Кремле на кладбище. Похоже, что президент США Джо Байден внял этому совету.
Да, президент США не похож на советского диктатора (по крайней мере пока). Хрущёв действовал внутри авторитарной системы, где смена власти обычно происходила после похорон, а не выборов. Впрочем, в его случае смена власти произошла благодаря перевороту: в 1964 году коллеги свергли его, отчасти потому, что они не хотели терять власть, когда он уйдёт в отставку по собственной инициативе.
Трудно отказываться от власти, когда ничто не заставляет вас это делать. И это относится даже к Хрущёву, который был настолько убеждён в важности смены власти, что хотел закрепить ограничение сроков властных полномочий в советской Конституции. Он планировал уйти в отставку в 1965 году, однако, выйдя на пенсию, признавался, что, наверное, не нашёл бы в себе смелости сделать это, потому что у него были цели (открыть границы СССР, смягчить цензуру, прекратить холодную войну), к которым вряд ли стали бы стремиться его преемники.