В большинстве ВУЗов Латвии студенты получают высшее образование  в течение трех-пяти лет. Чтобы стать врачом, необходимо потратить почти вдвое больше времени. Первые 6 лет будущие медики получают высшее медицинское образование, следующие 4-6 лет в резидентуре обучаются конкретной специальности, например, педиатрии. Как физическая, так и психологическая нагрузка у них очень серьезная, при этом молодые врачи постоянно борются за достойное вознаграждение. И в ожидании создания нового правительства живут в неведении относительно того, каким будет бюджет больниц и какие зарплаты им смогут платить.

Обсудить эти болезненные вопросы портал TVNET пригласил трех врачей-резидентов, специализирующихся на педиатрии – Марту Целминю, Паула Силиса и Луизу Бидиню, члена правления Латвийской ассоциации молодых врачей (LJĀA).

Повседневная жизнь молодых врачей проходит в интенсивной работе – большинство врачей-резидентов работают не только на финансируемую государством полную ставку, которая составляет в среднем 168 часов в месяц, но и сверхурочно.

С 1 января для резидентов Латвии в двойном размере оплачиваются 11 сверхурочных часов. Однако, как объясняет Пауль, примерно две трети молодых врачей работают намного больше.

Согласно проведенному в декабре 2017 года опросу, в котором приняли участие 57% врачей-резидентов Латвии, две трети молодых врачей работают на двух-трех рабочих местах. Есть и такие, кто умудряется совмещать четыре, пять и более работ; и дежурство в ночные смены для большинства молодых врачей является обязательным.

Вознаграждение за столь ответственную работу незначительное и не соответствует времени и силам, вложенным в обучение.

С 2019 года зарплата врача-резидента в Латвии составляет 950 евро до уплаты налогов за одну ставку, что почти в два раза меньше, чем в Эстонии и меньше, чем в Литве. На бумаге зарплата врача в 2018 году составила 792 евро, после уплаты налогов – чуть более 600 евро. До 1 января 2018 года, когда были увеличены зарплаты врачей-резидентов, ситуация была еще более печальной – зарплата за одну ставку на бумаге не достигала даже 600 евро.

Врачи Рижской Восточной больницы

ФОТО: Ieva Čīka/LETA

"В настоящее время (беседа происходит в декабре прошлого года) зарплата врача-резидента, работающего на полную ставку, меньше, чем зарплата продавца магазина Depo на руки во время испытательного срока",

- отмечают врачи, подчеркивая, что каждый работник заслуживает достойной зарплаты.

Следует учитывать, что за очень ответственную и трудоемкую работу медики, полицейские, пожарные и учителя получают непропорционально низкое вознаграждение.

Комментируя изменения, вступившие в силу 1 января, молодые врачи указывают, что направление является правильным, ведь медики являются такими же людьми, как и все остальные, кто работает сверхурочно.

Стоит отметить, что в мае прошлого года Конституционный суд признал, что зарплата медиков за "продленный нормальный" рабочий день не соответствует Конституции.

Однако неясностей в сфере медицины по-прежнему много – так, например, из-за проблем с созданием правительства и непринятым бюджетом теперь непонятно, сколько денег в этом году выделят больницам, и сколько сверхурочных часов больницы смогут врачам оплатить.

Три моих собеседника признают, что никто из будущих врачей не идет учиться медицине ради "больших денег". Те медики, чьи супруги зарабатывают достаточно хорошо, могут себе позволить работу в медицине как хобби, но большинство врачей из-за маленькой зарплаты вынуждены брать дополнительную нагрузку.

Даже у самых больших энтузиастов руки опускаются, говорят молодые врачи, отмечая, что длительная и непрерывная чрезмерная нагрузка ослабляет любого человека, и в такой ситуации пострадавшие – все: медперсонал, их семьи и пациенты.

“Бывало такое, что после полной рабочей недели мне приходилось дежурить по 14 часов и в субботу, и в воскресенье; на второй день я так уставала, что не могла ни на чем сосредоточиться, мне становилось все равно.

Врач. Иллюстративное фото

ФОТО: Ieva Čīka/LETA

Я понимала, что это неправильно и старалась собраться, но ведь есть люди, которые по такому графику работают длительно. И неудивительно, что они выглядят неприветливыми и равнодушными. Это, конечно, не оправдание, но зачем вынуждать медперсонал работать нечеловеческое количество времени", – рассказывает Марта, добавляя, что для многих медиков совмещение нескольких ставок вынужденное.

“Как яркий пример могу упомянуть врача, которая жила в трех часах езды от Риги. Пять раз в месяц она ездила в Ригу на 24-часовое дежурство в больнице. После суточного дежурства врач оставалась спать в той же больнице, вечером ее ждала ночная смена, а потом она проводила три часа в пути, чтобы добраться до дома.

В районной больнице она дежурила еще 11 ночных смен в месяц. Общая нагрузка в месяц составляла около 312 часов!".

Сегодня много говорят о синдроме выгорания, который является реакцией на хронический стресс и выражается в эмоциональном истощении, деперсонализации (т.е. отсутствии эмпатии, отстраненности от пациентов), в снижении трудоспособности и пунктуальности. К сожалению, в среде медиков выгорание является частым явлением, из-за него врачи не могут выполнять свою работу качественно.

В 2018 году в Латвии было проведено исследование "Распространение депрессии, тревожности и дистресса среди латвийских врачей резидентов" (2018 год, О.Сидоров, Я.Врублевская).

В исследовании с января по февраль 2018 года приняли участие 409 врачей из Латвии, результаты показали, что уровень депрессии среди них составляет 35,45% (в то время как в среднем по Латвии – 6,7%), тревожности – 24,94% и дистресса – 53,3%. Фактором риска в развитии этих состояний стала большая рабочая нагрузка.

"В общении коллеги не раз признавали, что у них невольно появляются мысли о самоубийстве, или ощущение пустоты, что сил хватает только на то, чтобы смотреть на стену, что становится трудно собраться с мыслями. Иногда начинали плакать после самого невинного вопроса. Мне это чувство тоже знакомо.

Мы об этом окружающим стараемся много не говорить, ведь они или не поймут, или воспримут это как признак слабости. Мне не очень легко говорить о таких вещах, но я думаю, что общество, чтобы понимать врачей, должно знать и такие аспекты", - говорит Марта.

Она отмечает, что для некоторых врачей выгорания выражаются в отвращении к людям. "Да, профессию врача мы выбирали, чтобы помочь людям и утешали себя, мол, ничего, что зарплата маленькая, по крайней мере мы делаем то, что любим... Но в какой-то момент возвращаешься к реальности: необходимо ведь содержать семью", – подчеркивает Марта.

Молодые врачи призывают общество задуматься о нагрузке медперсонала и понять, что после долгих часов работы и непрерывного бега с одного места работы на другое им трудно относиться к пациентам с эмпатией и сочувствием.

А если бы медперсонал выполнял только стандартную нагрузку, в больницах просто не хватало бы людей.

В свободное время мысли молодых врачей нередко возвращаются к работе и пациентам.

"Часто после работы не получается перестать думать о пациентах, о своих действиях. Бывают и неприятные кошмары", – признается Луиза, и с ней солидарны двое других наших собеседников.

ФОТО: SCANPIX

На вопрос, как они отдыхают и "заряжают батарейки", молодые врачи отвечают, что проводят время с семьей, друзьями, а также путешествуют — это помогает и физически, и психологически отключиться от работы.

Комментируя качество латвийского медицинского образования, молодые врачи указывают на недостаток практики во время учебы. В Латвии после третьего учебного года будущие врачи должны пройти один месяц практики в качестве медсестер и медбратьев, а после пяти лет учебы – полтора месяца врачебной практики.

Человек, получивший в Латвии диплом врача имеет большой теоретический багаж, но мало практических навыков.

В качестве хорошего баланса теории и практики Пауль упоминает Швейцарию, где с утра студенты посещают лекции, а после обеда отправляются в крупные городские или в маленькие региональные больницы, чтобы получить клинический опыт. Заканчивая медицинский факультет, эти студенты имеют больше опыта работы в клинике, чем латвийские студенты.

В большинстве европейских стран последний учебный год является так называемым практическим годом: будущие врачи получают опыт в условиях реальной жизни. Однако в Латвии молодые врачи получают этот важный опыт только во время резидентуры.

Стоит отметить, что студенты, получившие медицинское образование в Латвии, нередко уезжают работать за рубеж и остаются там на длительный срок, ведь заработки там куда больше, чем в Латвии.

Как объясняет Луиза, которая полгода провела на практике в резидентуре в Лондоне, иностранные больницы заинтересованы переманивать к себе студентов резидентуры из Латвии.

"В течение последнего года мне неоднократно звонили из британской фирмы по трудоустройству и активно приглашали на работу. Они целенаправленно и активно рекрутируют врачей из Латвии, подчеркивая, что зарплаты там будут "очень хорошими". Совсем недавно я получила очень соблазнительное предложение из Шотландии, но поскольку решила работать в Латвии, не поехала".

“Все мои лучшие друзья разъехались. Мне жаль, что молодые, перспективные люди уезжают, но я не могу винить их за то, что они хотят получать достойную зарплату и не считать центы”, - говорит Марта.

ФОТО: Edijs Pālens/LETA

Нередко к молодым врачам обращаются с упреками – мол, "отучились за деньги налогоплательщиков, так что оставайтесь в Латвии и отработайте". Однако во время резидентуры молодой врач работает в больнице и с полученной зарплаты платит налоги. И если студент прекращает учебу в резидентуре, то вложенные в него деньги возвращает государству.

Как отмечает Луиза, подобная система в Европейском Союзе существует еще только в Хорватии и Румынии, и она нечестная.

Для сравнения можно упомянуть, например, Латвийскую музыкальную академию имени Язепа Витолса, где почти все студенты учатся за государственные средства.

"Государство гордится и счастливо, если кто-то из студентов становится известным музыкантом и играет, например, в Венском филармоническом оркестре.

Почему музыкантами мы гордимся, а медиков хотим лишить вложенных в их обучение бюджетных средств?", – вопрошает Луиза.

Основной проблемой медицинской отрасли с точки зрения пациентов молодые врачи называют недостаточную доступность услуг.

"Мы каждый день видим последствия того, что медицинские услуги в стране малодоступны", – говорят врачи.

Все больше молодых врачей понимают, что им придется бороться и за качество образования в резидентуре, и за достойное вознаграждение, и за нормальную нагрузку.

"Если это оставить на самотек и не бороться за свои права, то ничего не изменится", – подытоживает Луиза.