Дашь пострелять, когда мне будет 16?
Чем чреват новый закон об охоте

ФОТО: Jaunsardze/Facebook

Когда на новостных порталах появилось сообщение: "Комиссия Сейма по обороне и внутренним делам поддержала изменения в законе об обращении оружия, которые позволяют использовать охотничье оружие и подросткам", мнения людей по этому поводу кардинально разделились. В соцсетях образовались два лагеря - сторонников и противников изменений в законе. Истина, как водится, где-то посередине. 

На одной стороне баррикад оказались охотники, которые хотят привить интерес к охоте как можно большему количеству молодых людей. Ведь число охотников в Латвии все сокращается.

Эти люди считают, что закон позволит им более насыщенно проводить время со своими сыновьями (дочери, кажется, не в счет), поскольку без стрельбы интерес молодежи к охоте угаснет.

Охотники, выступающие за то, чтобы подростки имели право пострелять, возмущены тем, что кто-то учит их как правильно воспитывать своих детей. 

Это как бы логичные аргументы, но... В Латвии сокращается не только количество охотников, но и всех жителей страны.

Народ стареет, люди уезжают из страны, уменьшается рождаемость, жители деревни переезжают в города: при этом число охотников остается более менее стабильным.

Увеличить количество охотников, в свою очередь можно, не только привлекая к охоте детей, но и стимулируя интерес к ней у взрослых.

Если единственный способ заинтересовать детей охотой – это возможность дать им пострелять, возможно, с ними стоит поговорить о том, что такое охота и почему она необходима.

Разрешать ребенку использовать оружие все же лучше под надзором взрослых – примерно так же, как на юбилее позволить подростку выпить стакан алкоголя.

Но вряд ли в законе следовало оговаривать, что в присутствии взрослых дети могут начать пользоваться оружием с 14 лет.

На другом полюсе оказались страстные защитники животных из горожан, которые диких зверей видели только в зоопарке.

Поскольку эти люди видят в охоте только варварское кровопролитие и ничего не знают о ее роли в сохранении и восстановлении биологического разнообразия ресурсов, то

в изменении закона об обращении оружия они видят лишь желание отдать в руки детей оружие, чтобы те могли пострелять в лесу по маленьким рысям.

Эта группа людей настаивает, что шестнадцатилетние молодые люди еще не достаточно зрелые, чтобы позволить им самостоятельно распоряжаться огнестрельным оружием.

Они указывают также на то, что разрешение на ношение огнестрельного оружия в Латвии может быть получено лишь по достижении совершеннолетия, так же как право голосовать, сдать на водительские права и покупать сигареты и алкоголь.

Конечно, все так, но... В 16 лет человек уже достаточно зрелый, чтобы получить удостоверение водителя трактора, или чтобы под присмотром взрослого проехать за рулем машины по центру Риги.

В этом же возрасте подросток может с согласия родителей обвенчаться со своим возлюбленным или вступить в трудовые отношения.

С 14 лет подросток считается уже достаточно зрелым, чтобы нести уголовную ответственность за свои действия перед законом.

В то же время для права пользоваться ружьем под надзором взрослых и профессиональных охотников, очевидно, необходима зрелость другой пробы, считают противники охоты.

Разрешить несовершеннолетним пользоваться огнестрельным оружием? Либеральный горожанин во мне говорит: "Конечно, нет!", но деревенский мальчишка, который в детстве стрелял из двухстволки по банкам, восклицает: "Почему бы и нет?". Общий знаменатель, скорее всего, где-то посередине.

Пока охотники давали своим сыновьям пострелять по-тихому, это не тревожило никого, но как только это занятие стало легальным, дискуссии развернулись не менее жаркие, чем о легализации браков геев:

"Пусть они в своем лесу со своими ружьями делают то, что хотят, но не надо об этом кричать на весь мир и не надо менять законы!".

В Латвии около 22 тысяч охотников. Средний возраст охотника в Европе составляет 58 лет, так что мы можем предположить, что число охотников, чьи дети достигли возраста 16 - 18 лет, незначительно, скорее всего, в Латвии речь может идти о максимум 200 –500 молодых людей. Для сравнения – в молодёжной гвардии, где обучают как обращаться с оружием, заняты более восьми тысяч молодых людей, в том числе дети старше 10 лет.

Конечно, молодых защитников общество воспринимает как патриотичных ребят, которые в будущем смогут защитить страну от внешних опасностей, а охотников - просто как жаждущих крови социопатов, которые ради развлечения стреляют по животным по лесу.

Вероятно, об этой теме следует говорить чаще одного раза в год, чтобы способствовать взаимопониманию обеих сторон в том, что касается охоты и уважительного обращения с потенциальной добычей.

НАВЕРХ