"Казалось, я на арене, где все меня пытают": горький опыт родов неживого ребенка. Как все устроено?

ФОТО: Pexels/Sebastian Voortman

Об этом мало говорят, об этом не пишут. Тема болезненная, но от этого она не перестает быть важной. В этом материале о том, как в Латвии принимают и провожают деток, которые пришли в этот мир неживыми или обреченными на скорую смерть. Часть первая. 

Все началось в сентябре прошлого года. В журнале Santa Улла Круминя честно поделилась личным горьким опытом о том, как у нее прошли роды мертвого ребеночка и что было потом. Это стало отправной точкой, чтобы разобраться, как в целом обстоят дела в Латвии - от родов до прощания. Сегодня - о практике в больнице Страдиня

Начало. История Уллы

"У меня была 23-я неделя беременности, когда во время обследования врач констатировала, что у сердечка малыша серьезный дефект. После этого было решение консилиума врачей: беременность необходимо прервать.

А за этим последовало самое болезненное, о чем я решила написать в Министерство здравоохранения. 

В Центре генетики через мой живот ребенку ввели лекарство, чтобы его усыпить,  после чего необходимо было ехать в больницу Страдиня, чтобы родить ребеночка уже мертвым. 

Когда схватки были уже очень сильными, я спросила сестричку, пойдем ли мы в родильный зал.

Она ответила: "Нет, у тебя там что-то выпадет, может, в памперс". А девочка моя была уже человеком в 21 см. 

В моей палате была еще одна женщина с мужем, которые только что пережили утрату первого ребеночка. Мне надо было в их присутствии рожать своего мертвого ребенка и травмировать еще и их? 

Когда я поняла, что роды начались, я отвоевала себе помещение - в конце концов меня пустили в помещение для манипуляций и там я и родила. Если бы у меня это были первые роды, я бы и не поняла, что со мной происходит.

При естественных родах с тобой акушерка или врач. А в этом случае - ты одна и тебе говорят: "что-то из тебя там выпадет". 

Но самое сложное было еще впереди. 

На следующий день ко мне пришел беседовать персонал больницы, предложили разговор с капелланом. Я ни с кем не хотела говорить.

Тогда мне выразили соболезнование и дали буклетик о потере ребенка, в котором были отпечатки пяточек моей малышки. Мне казалось, я на арене, где все меня пытают.

После этого мне дали листочек, в котором было необходимо указать имя и фамилию ребенка, чтобы его зарегистрировать. Серьезно? Еще вчера до родов мне сказали, что там что-то выпадет, а тут вдруг оказалось, что это был человек, которого необходимо регистрировать! Если это был человек, так дайте мне родить его как человека!".

Важная справка для понимания:

22 недели беременности и вес 500 граммов - это уже ребенок. Даже если он мертворожденный, по законам Латвии, его занесут в Регистр населения.

Прерывание беременности до 22 недель - это спонтанный аборт. До 12 недель - ранний спонтанный аборт, с 12-й до 22-й недели - поздний спонтанный аборт.

Прерывание беременности после 22-й недели и с весом плода 500 граммов - это уже роды. Это могут быть естественные преждевременные роды, а также роды после медицинских манипуляций для умерщвления плода (разрешено до 24 недель). 

24 недели беременности - это последний срок, когда можно прервать беременность по медицинским показаниям, то есть в том случае, если у ребенка обнаружены патологии. Если их обнаружат после 24 недель, женщина должна выносить его, родить и дать прожить столько, сколько ему суждено. 

Не путать! Прервать беременность по желанию женщины можно до 12-й недели беременности. 

Комментарий больницы Страдиня

О том, как все устроено, рассказала старшая акушерка родильного отделения больницы Страдиня Сигне Ирша.

Как правило, в это отделение попадают роженицы после 22 недель - срока, после которого прерывание беременности называется родами. С меньшим сроком попадают в отделение гинекологии, где прерывание беременности называется абортом. 

Говоря о ситуации с Уллой (напомним, была 23-я неделя беременности), акушерка поясняет, что те беременные, которым по медицинским показаниям приходится прерывать беременность, рожают или в больнице Страдиня, или в Рижском роддоме. 

"У нас сотрудничество с Клиникой здоровья женщин и детей - там есть родильное отделение и отделение гинекологии. Эти мамочки (которые вынуждены прерывать беременность на сроке от 22 до 24 недель. - Прим. ред.), а они мамочки вне зависимости от исхода беременности, все же рожают в отделении гинекологии.

То есть эмоционально, чтобы женщине не пришлось рожать в родильном отделении, где все же в основном все мамы с детьми - возможно, преждевременно рожденными, здоровыми или больными, но все же живыми, - чтобы не слышать и не видеть деток, те мамочки, которые точно знают, что будут рожать неживого ребенка и это тяжелое решение принято до начала родов - они проходят этот процесс в отделении гинекологии", - пояснила Ирша. 

По ее словам, действительно инфраструктура больницы Страдиня такова, что невозможно всегда обеспечить полностью интимную и щадящую среду:

"Возможно такое, что до того момента, как начались схватки, женщина может быть в палате еще с кем-то. 

Конечно, по мере возможностей мы организуем все так, чтобы эта мама была в одиночной палате, но если несколько таких женщин поступают к нам одновременно (к сожалению, и так бывает), то они встречаются.

Такова практика в последнее время, в том числе и принимая во внимание негативную обратную связь пациенток, но мы стараемся предоставить возможность женщине побыть одной или с партнером.

То есть пока активная родовая деятельность еще не началась, эти мамы в общей палате, а когда схватки усиливаются, их переводят в комнату для процедур, чтобы это не случилось "в тот упомянутый памперс".

Это то, что уже изменилось, в том числе благодаря предыдущему негативному опыту".  

Сигне Ирша подчеркивает, что всем мамочкам в непростой ситуации по возможности обеспечивается уединение. 

"Бывает, что на позднем сроке беременности случилось что-то непоправимое, когда по неизвестным причинам сердечко ребенка вдруг остановилось - и в тот момент это для всех большой шок.

И да, этим женщинам все равно надо рожать. Зачастую первая мысль беременной - делайте кесарево, почему я должна рожать?

Но с медицинской точки зрения она должна рожать. Кесарево - это серьезная операция, и нет никаких преимуществ в том, чтобы проходить через нее. Кесарево - это спасательная операция для сохранения жизни ребенка или если роды в принципе невозможны. 

Женщин в такой ситуации мы стараемся не размещать с другими мамами. Такие роды, конечно, проходят с эпидуральным обезболиванием, потому что это одна из индикаций для его применения", - пояснила акушерка больницы Страдиня.  

Что происходит потом? Практика в больнице Страдиня 

Для вынужденного прерывания беременности по медицинским показаниям отправляют в больницу Страдиня или в Рижский роддом, но ситуация, когда что-то пошло не так и ребеночек умер - это может случиться абсолютно везде. Как говорит Сигне Ирша, общей практики по поддержке родителей, столкнувшихся с таким горем, в Латвии нет.

"Это один из парадоксов - Латвия относительно маленькая страна, но процессы - у каждого свои", - отмечает она.

Благодаря активной работе капелланов больница Страдиня пришла к неким неписаным правилам по поддержке семей, переживших утрату ребенка. 

"В родильном отделении мы всем пережившим горе родителям по стандарту даем книжечку "Потерявшим ребенка". Ее разработала наша Служба духовной поддержки.

В последние годы мы также, вне зависимости от пожеланий родителей, придерживаемся практики оставлять в этой книжечке отпечаток ножек", - рассказывает Ирша.

ФОТО: Rus.TVNET

По ее словам, отпечаток делают специальными чернилами: берется подушечка с краской, на нее нажимают пяточкой, она красится, потом делают отпечаток в буклете. Как правило, это отпечаток обоих ножек синего цвета, а также указание пола и веса ушедшего малыша. 

Как они пришли к этому? Опыт и еще раз опыт.

"Была такая ситуация - рождение неживого ребенка на 28-й неделе беременности. После родов женщина не хотела ничего - ни отпечатка пяточек, ни фотографий. А спустя неделю она сама звонила капеллану и спрашивала, как забрать этот буклетик с ножками. Ей было нужно что-то, как проститься с малышом.

И с того момента мы решили ввести это как неписаную обязательную практику для всех - буклетик с отпечатком ножек.

Что бы ни говорили родители, мы это делаем. Мы эту книжечку оставляем, они могут не смотреть на эти отпечатки, но мы это им дали. И обычно все равно все забирают книжечку", - поясняет Ирша. 

Есть еще один важный момент, который прижился в больнице - фотография ушедшего малыша. 

"Если родители сами не захотели сфотографировать, мы фотографируем ребеночка и стараемся этот файл сохранить на компьютере вместе с идентификацией - именем мамы и датой рождения. 

У меня есть фотографии начиная с 2012 года. Если родители просят, я пересылаю на электронную почту.

В моей практике были случаи, когда проходило время - неделя или даже месяцы, - и женщина говорила, что она хочет какие-то воспоминания", - делится Сигне.

Она также отмечает, что тем, кто желает побыть с погибшим ребенком и проститься с ним, больница это позволяет. 

"Они могут побыть два и больше часа с ребенком в родильном зале. Мы никуда его не уносим. По желанию родители могут его одеть. Наш опыт - если в первый момент родители не хотят видеть ребенка, мы уважаем это желание, не пихаем в руки, укутываем в одеялко, а спустя два часа ребеночка помещают в специальный холодильник. На следующий день мы предупреждаем, что ребенка повезут на Виенибас гатве, и предлагаем проститься - есть те, которые говорят, что хотят все же увидеться перед расставанием. Это мы тоже позволяем", - говорит она. 

Возможно, в других больницах с другой инфраструктурой есть специальное помещение для такого прощания, но в Страдиня это пока не позволяет нынешняя инфраструктура.

"Думая о развитии Страдиня и строительстве новой больницы, мы предусмотрели, что такое помещение необходимо, так же как и необходим родильный зал для таких случаев",

- признается Сигне, но никаких конкретных сроков пока нет, это в лучшем случае вопрос ближайшего пятилетия. 

Еще один важный момент - бумаги. По законам Латвии, 22 недели и 500 граммов - это уже ребенок, хоть и мертворожденный, и таких детей регистрируют. 

"Детки, которые рождаются после 22 недель беременности, их всех необходимо зарегистрировать в ЗАГСе. Это могут сделать как сами родители, что, наверно, самое приемлемое, но иногда по эмоциональным причинам это делает уполномоченное лицо больницы", - рассказывает Ирше.

По ее словам, если родители не дали ребенку имя, то его зарегистрируют по фамилии матери и присвоят персональный код.

"Важно понимать, что в Регистре населения у матери будет зарегистрирован ребенок. Это не исчезает словно ничего не было", - отмечает акушерка. 

Статистика больницы Страдиня

В среднем в больнице Страдиня около 30 летальных случаев в год. Это как те дети, которые родились в период с 22-й до 24-й недели беременности с вызванной смертью по медицинским показаниям, так и те, кто умер в утробе матери по независящим от врачей причинам. 

***

Тема для размышлений... 

В Латвии, как и во многих других странах, если патологию у ребенка констатируют после 24-й недели беременности, ее не прерывают до тех пор, пока роды не начинаются сами. Зачастую ребеночек рождается живым, но инвалидность очень тяжелая - тогда организуют врачебный консилиум, на котором гинекологи и врачи вместе разрабатывают тактику после рождения.

"Есть такое понятие, как "комфортной уход" - это означает, что, когда такой ребеночек рождается, медицинские мероприятия для поддержания жизни любой ценой не предпринимаются - ему позволяют прожить столько, сколько ему отведено, сколько он сможет самостоятельно. Но он уходит в комфорте - в тепле, сытый, если может есть, и это не значит, что его пичкают медикаментами, лишь бы сохранить жизнь, понимая, что патологии настолько сильные, что без аппаратуры он умрет или на всю жизнь будет очень тяжелым инвалидом", - делится Сигне. 

Она добавляет, что, конечно, это всегда и выбор родителей. 

И еще один непростой выбор, с которым приходится сталкиваться родителям:

"Это всегда тяжело. Узнать о глубокой патологии плода и принять решение сознательно прервать беременность до 24-й недели или не прерывать ее, родить и дать умереть тогда, когда умрет...

С медицинской точки зрения - нам кажется, зачем вынашивать, зная, что там не будет оптимистичного исхода, но когда родителям приходится принимать решение усыпить ребенка - это эмоционально очень сложно. Сложно сказать, что легче - прервать беременность или родить и отпустить", - делится размышлениями Ирша.

Продолжение следует. В следующем материале - о практике в Рижском роддоме, о том, как прощаются с мертворожденными детьми, куда они попадают в случае отказа родителей и как поддержать тех, кому пришлось пережить этот нелегкий опыт. 

Идешь в ногу со временем? Мы тоже. RUS.TVNET.LV теперь есть и в Telegram! Подписывайся!

НАВЕРХ
Back