Президент Латвии Эгил Левитс был одним из примерно 2 миллионов жителей стран Балтии, которые приняли участие в акции Балтийский путь 23 августа 1989 года, во время которой страны Балтии продемонстрировали свое желание восстановить независимость от СССР. В рамках передачи "Зона комфорта" мы поговорили с президентом о событиях того дня, важности Балтийского пути сегодня и последующем чувстве единства.

Запись полного интервью можно посмотреть здесь:  

Что такое Балтийский путь?

Балтийский путь – это демонстрация трех народов Балтии.

Очень значительная и важная демонстрация, во время которой народ Балтии сказа: "Мы хотим обратно свои страны, мы хотим восстановить свою государственную независимость".

Это очень непростая ситуация в мире, когда большая часть жителей страны физически собрались вместе для каких-либо действий, в данном случае – для создание живой цепи, чтобы сказать: "Верните нам наши страны обратно", или точнее - "мы забираем наши страны обратно! Мы не спрашиваем, хотите ли вы отдать их или нет. Мы забираем их, мы хотим независимости".

В этом плане народы всех трех стран Балтии были объединены. Балтийский путь, в своей мере, продемонстрировал самим жителям стран Балтии, руководителям Советского Союза, Европе и миру: "Это наша воля, и мы сделаем все, чтобы реализовать это желание".

Вы отметили, что во время Балтийского пути, народы трех стран были объединены. В наши дни часто можно слышать мнение, что с годами это объединение было утеряно. Есть даже конкретные высказывания некоторых политиков в публичном пространстве, например, высказывания премьер-министра Литвы. Что вы скажете на этот счет?

Объединение необходимо в том случае, если есть общая цель. Восстановление независимости было нашим общим делом, после чего в наших странах демократический государственный аппарат. И теперь у нас разные мысли, может, даже разные цели в вопросах того, как нужно жить. Мы не можем ждать от других, что они будут думать также, как и мы. Восстановление независимости стран Балтии было основой демократии. В этом смысле мы были едины.

Я абсолютно уверен, что если бы сегодня что-то угрожало независимости или демократии наших стран, мы бы также объединились, как 30 лет назад.

В свою очередь, какие налоговые законы необходимы, или вопросы внешней политики, вопросы реформы местного самоуправления, реформы школ, – об этом могут быть разные мнения, и это естественно для демократии. Нормально. Было бы странно, если бы все думали одинаково.

Поэтому я хотел бы провести четкое различие между вопросами, лежащими в основе нашей страны и в основе нашего демократического порядка, такими как государственная независимость, демократическое государственное устройство, верховенство закона, национальное государство, социально ответственное государство. Я думаю, что сегодня существует большое единомыслие, и я бы сказал, что 90% населения, если бы вы задали этот вопрос, сказали бы: да, мы поддерживаем эти основы государства, и, если бы они находились под угрозой, это единомыслие вылилось бы в действия.

Демократическая повседневная жизнь, в свою очередь, является соревнованием разных идей, а затем, после обсуждений, достигается соглашение. Так что единство - по основным вопросам, дискуссии - по повседневным вопросам.

Говоря о самом дне акции – 23 августа 1989 года. Давайте попробуем его реконструировать. С момента, как вы проснулись утром и до момента, как отправились спать.

Уже тогда я был связан с деятельностью Народного фронта. Моя роль была не организовывать процесс акции, а общаться с зарубежными корреспондентами и формулировать сообщения за границу, чтобы Европа и мир нас увидел и услышал. Но это было до акции.

В день события у меня было договорено о встрече у памятника Свободы с тогдашним сотрудником Академии Наук Талавсом Юндзисом. Сегодня он является вице-президентом Академии Наук, политиком и депутатом Верховного совета. Также я должен был встретиться с Роналдсом Рикардсом и еще некоторыми людьми. Поэтому во время Балтийского пути я находился возле памятника Свободы.

Если посмотреть на людей, которые стояли на шоссе – то можно увидеть, как взявшись за руки, они образовали единую цепь.

У памятника цепи не было. Была просто большая толпа народу.

Я там был. Встретил много знакомых.

Я также сделал несколько фотографий, но, к сожалению, когда все разошлись,  поехал на такси и оставил фотоаппарат в машине. Когда заметил пропажу, попытался выяснить, на каком такси ехал, но мне так и не удалось это сделать. В результате уникальные снимки Балтийского пути у памятника Свободы, к сожалению, были потеряны. 

А потом вечером мы снова встретились с руководством Народного фронта. Я помню, что там были Сандра Калниете, [Янис] Шкапарс и другие. Мы все обговорили. Были очень довольны результатом.

А еще больше - удивлены, ведь, стоит сказать, сорганизовать два миллиона человек, чтобы каждый из них стоял на своем месте - большая логистическая задача.

Давайте вспомним следующий день Каким он был? Что-то вообще происходило, связанное с акцией Балтийский путь?

Советское руководство сделало заявление, которое было очень резким и жестоким. Я определенно был в штабе Народного фронта, где мы обсуждали произошедшее. Помню, что у меня было два вывода, и полагаю, что поделился ими с окружающими.

Одним из выводов было то, что акция Балтийский путь была абсолютно успешной, потому что создала эту реакцию, опасную для Советского Союза. Это означало, что мы были угрозой для советской власти.

Другой вывод был вызван отсутствием понимания - что же будет дальше. Начнут ли они душить, скажем, национальные движения в странах Балтии, вводом войск. В то время Интерфронт призывал к введению так называемой прямой президентской администрации. Это означает прямое правление президента Советского Союза. 

О значении Балтийского пути. Какого оно лично для вас?

Я думаю, что для меня оно точно такое же, как и для всех остальных жителей наших стран. Это было ясное и недвусмысленное выражение воли.

Во-вторых, это было очень эффективное и впечатляющее выражение воли.

Третий, и, возможно, этот момент, по крайней мере, на международном уровне, менее подчеркнут:

Балтийский путь стал началом быстрого распада Советского Союза.

Тоталитарный режим был настолько ослаблен, что не мог подавить свободу этих стран, что, конечно, повлекло бы за собой большие репрессии, но Советский Союз больше не мог этого делать. И тогда люди поняли, что репрессивный режим больше не способен подавлять и мы можем уверенно двигаться вперед. И это имело место как в странах Балтии, так и во всем Советском Союзе.

Ведь, конечно, для советской власти или коммунистической партии это была большая потеря престижа. Здесь люди требуют независимости, а они ничего не могут с этим поделать. И когда большая часть жителей Советского Союза осознала эту потерю, конечно же, начали  способствовать демократическому движению, которое действительно было в России в то время. Я вижу это как поворотный момент. Власть и мощь Советского Союза в период с 1985 по 1986 годы постепенно снижались, но после Балтийского пути произошел резкий упадок, и вскоре Советский Союз распался.

Поэтому я хотел бы подчеркнуть всемирно-историческое значение Балтийского пути. Именно Балтийский путь послужил катализатором распада Советского Союза. Оглядываясь назад, я вижу, что это действительно внесло изменения в мировой порядок.

До 1989 года мир был разделен на два противоборствующих лагеря, между которыми господствовала Холодная война. Затем был процесс демократизации в Европе, но не только в Европе. Многие страны Латинской Америки, Азии и Африки тоже стали демократическими. И все это фактически изменило существующий мировой порядок, но именно Балтийский путь сыграл главную роль в этом изменении. 

Но если мы говорим о менее глобальных вещах, а больше об их практической важности сегодня, какова она для латвийцев?

Я думаю, что эта важность в том, что сегодня мы живем в свободной, независимой, демократической стране. Мы обсуждаем много разных проблем, и мы не всегда довольны нашей страной и обществом. И все это нормально. Но чтобы жить такой нормальной, демократической жизнью, нам нужно наше собственное демократическое государство. И Балтийский путь заложил основу для восстановления этого демократического государства.