Последнее неприватизированное во всей Риге и самое старое каменное здание в Пардаугаве. Все это Анниньмуйжа. Активисты окрестности Иманты хотят, чтобы историческая усадьба была общественно доступным местом культуры и отдыха и ее не постигла участь других усадеб, которые теперь окружены непрозрачным забором. Они беспокоятся не без причины, так как в окрестностях Анниньмуйжи планируется строительство многоквартирных зданий. Латвийский университет продает усадьбу и прилегающую территорию на аукционе по стартовой цене 4,6 миллиона евро.

В тот осенний день я решила рискнуть - с велосипедной дорожки за станцией Иманта свернула на "бомжеватую", заросшую густыми кустами улицу. Качаясь по ямам, размытым лужами, и стараясь не проколоть шины бутылочным стеклом, я нервно следила за кустами, которые выглядели как идеальное укрытие для серийных маньяков. Однако вместо маньяка среди трущоб я заметила что-то вроде парка и роскошного дома. Любопытство взяло верх - я вошла внутрь. То, что в Латвии усадьбы превращаются в трущобы, а парки - в заросли - обычное дело.

Удивило, что настоящая, “живая” усадьба находится здесь - между бетонными конструкциями Иманты и Золитуде. 

В микрорайоне, история которого началась, кажется, в послевоенные годы, когда здесь строили многоэтажки, в которых жили, словно селедки в бочке, рабочие со всех необъятных советских земель.

"Игривая усадебка". Так когда-то называли Анниньмуйжу. В исторических документах это место впервые упоминается в 1595 году. В 1768 году усадьба попала в руки барона Ивана Федоровича Фитингофа-Шеля. После свадьбы с Анной Ульрикой фон Миних он назвал усадьбу в честь жены - Анниньмуйжа. В браке у них родилось 7 детей. Владелец проводил здесь роскошные балы и организовывал театральные представления, поэтому окружающие прозвали усадьбу "игривой". Фитингоф был знатным человеком, которому принадлежали не только расположившиеся неподалеку усадьбы Золитуде и Шампетера, но и более 30 ливонских усадьб, которые находятся на территории современных Латвии и Эстонии. Он был основателем первого самостоятельного театра в Риге, тайным советником Российской империи, генеральным директором Медицинской коллегии в Петербурге, что соответствует сегодняшней должности Министра здравоохранения России. Фитингоф за собственный счет содержал первый рижский симфонический оркестр, а зал Вагнера - это его подарок столице. 

С 1872 владельцем усадьбы стал Эдуард Янсенс. Старое жилое здание усадьбы не сохранилось. Сегодня можно увидеть лишь "дом помещика" - Villa Waldhof, построенный в конце XIX столетия. Во время беспорядков 1905 года Анниньмуйжа была разрушена, но позже восстановлена. До репатриации в Германию в 1939 году в усадьбе хозяйничал род Янсена. Во времена Улманиса усадьба также славилась как место громких вечеринок. После войны здесь располагались сельскохозяйственный техникум и школа-интернат, но в начале 70-х годов усадьба перешла в собственность Латвийского университета. Сначала здесь был факультет географии, затем - педагогический факультет, студенческие мастерские и Музей истории педагогики.

​С тех пор я еще несколько раз посещала усадьбу. Здесь всегда гуляет много народу - кормят уток, фотографируются. Диванчики из деревянных паллет, которые в прошлом году сконструировали члены сообщества Анниньмуйжи, никогда не пустуют. Однако жители микрорайона обеспокоены тем, что через несколько лет они больше не смогут любоваться усадьбой и парком - вокруг них возведут окруженный забором "новый проект". 

ФОТО: из личного архива сообщества Анниньмуйжи Riga Annenhof

Архитектурное превосходство

С активисткой общества Riga Annenhof Ригондой Берзиней встречаемся около усадьбы, в которой уже с весны никто не обитает. Ждет нового хозяина. Латвийский университет проводит очередной аукцион по продаже недвижимости по адресу Юрмалас гатве, 76, куда входит усадьба Анниньмуйжа - начальная цена 4 610 000 евро. На прошлый аукцион никто из претендентов так и не явился. Общая площадь участка - почти 8 га, застроены - 7 га. "У недвижимости на Юрмалас гатве, где в настоящее время расположен бывший комплекс факультетов Латвийского университета, есть большой потенциал, и его можно превратить в территорию крупного жилого дома", - говорит директор департамента инфраструктуры ЛУ Маргерс Почс. По его словам, инвесторам, которые приобретут недвижимость, будет предоставлена "великолепная возможность разработать перспективный новый проект". Почс добавляет, что привлекательности этому месту добавляет расположившаяся на территории историческая усадьба Анниньмуйжа, которую можно восстановить ​​и сделать притягательным элементом района с полезной функцией для окружающих.

Ригонда оглядывается вокруг - в теплый летний вечер хочется вечеринки, но проводить здесь мероприятия больше нельзя, так как после начавшегося кризиса из-за Covid-19 университет попросил сообщество, которое тут арендует помещения, в кратчайшие сроки покинуть место. 

Усилия членов сообщества по достижению отделения усадьбы от общей территории, принадлежащей университету, столкнулись со строгим "нет". Университет не хочет делить территорию, чтобы не уменьшать выгоду для потенциального инвестора. Тогда члены сообщества обратилось в Национальный совет по культурному наследию (NKMP) с просьбой пересмотреть статус усадьбы, который до этого был низким - "архитектурный памятник местного значения". 

Недавно NKMP принял решение расширить охраняемую территорию Анниньмуйжи, включая исторические аллеи парка, и присвоить статус архитектурного памятника регионального значения. Новый статус усадьбы позволяет обществу Riga Annenhof  постучаться в двери Кабинета министров с призывом - если иначе нельзя, внести поправки, но обеспечить общественный доступ к культурной и исторической среде Иманты. Параллельно на портале Manabalss.lv сообщество начало сбор подписей с целью "сохранить Анниньмуйжу с парком как место культурного досуга жителей района". Ригонда говорит, что сдаваться не собирается. 

“Пойдем до конца. Будет социальный эксперимент - посмотрим, чего мы добьемся”.

ФОТО: из личного архива Яниса Крастиньша

"Построенная в XIX веке в стиле эклектики Анниньмуйжа в своем роде уникальна, ведь второй такой в непосредственной близости нет", - отмечает архитектор Янис Крастиньш. Он говорит, что с точки зрения архитектурной ценности Анниньмуйжу можно сравнить только с виллой Мюнделя на улице Маза Нометню, которая скрыта от посторонних глаз, потому что расположена за непрозрачным забором. Кроме того, Анниньмуйжа дала название всему району, поэтому ее культурную и историческую ценность можно рассматривать с разных ракурсов.

"Анниньмуйжа превосходит все находящееся в непосредственной близости как в художественном, так и в архитектурном плане", - говорит профессор, теоретик архитектуры.

Между тем построенные в советские времена здания, окружающие Анниньмуйжу, он называет "деградирующей средой". Янис Крастиньш критикует университетскую политику обслуживания имущества, обращая внимание и на здание на бульваре Кронвалда, 4, связанное с наиболее выдающимися достижениями в латвийской науке, но в настоящее время пустующее и заброшенное.

Иманта - не только многоэтажки!

Именно несчастная судьба Анниньмуйжи, которая поначалу не оставила равнодушным лишь одного жителя Иманты, послужила причиной создания сообщества. Все это началось полтора года назад, одним мрачным вечером под конец года. "Сколько гуляла здесь с собакой, всегда в окнах свет горел, а в конце 2018-го смотрю - темнота", - начинает свой рассказ Ригонда Берзиня. Латвийский университет только что переехал. Было понятно, что нужно что-то делать, но что? Университет согласился сдать Анниньмуйжу в аренду на год сообществу, которое как могло обживало и улучшало помещения и окрестности. Усадьба буквально ожила - выставки, мероприятия, праздники. Удивительно, как быстро жители Иманты полюбили миниатюрный уголок естественной и культурной истории - даже реклама не понадобилась. "Вижу, когда люди приходят сюда впервые - фотографируют усадьбу, и мне это очень нравится. Когда мы только начинали приводить в порядок и мыть помещения, тетеньки хотели вызывать полицию, так как думали, что кто-то пытается незаконно проникнуть на территорию усадьбы", - продолжает Ригонда.

Она говорит, что сообщество создавалось с мыслью работать шире, но так получилось, что борьба за Анниньмуйжу забрала много сил и энергии. Даже название сообщества выбиралось, чтобы в перспективе проектам усадьбы было легче присвоить европейские деньги: "Название может помочь привлечь международных инвесторов, потому что во всех источниках усадьба упоминается как Annenhof".

Отправляемся осматривать окрестности Анниньмуйжи, которую, словно крепость, окружают построенные в 80-х годах многоэтажные трущобы. Их начали строить еще во времена Атмоды, но так и не закончили. "Когда-то университет хотел сделать здесь студенческое общежитие, но потом эта идея перекочевала в Торнякалнс", - рассказывает Ригонда. Кроме монстра брежневских времен на территории еще много "заброшек" и функционирующих зданий. У изолирования территории есть свои побочные эффекты - стены усадьбы обляпаны граффити, испорчены даже деревянные поддоны и цветочные горшки.

Поднимаю голову вверх - гномы со скрещенными молотками. Никелис и Кобалт, которые в XIX веке украшали герб Санкт-Петербургского горного института, изображены и над входными дверями Анниньмуйжи.  

ФОТО: из личного архива сообщества Анниньмуйжи Riga Annenhof, Петербургский горный университет

Гномы, как символ добычи полезных ископаемых, расположились здесь, потому что один из последних владельцев усадьбы учился в горном институте, а Латвия занималась добычей полезных ископаемых - торфа.

Кстати говоря, на Анниньмуйжу однажды претендовали наследники, которые живут в Германии, однако они проиграли университету в суде.

Центральный вход в здание со стороны двора замурован. "Война не повредила усадьбу, в последующие годы как вандал действовал университет, - говорит Ригонда. - Что 50 лет мешало университету определить культурный памятник и правильно оформить?".

С каждой зимой счетчик времени усадьбы вращается все быстрее и быстрее. "Смотри, к фасаду никто не притрагивался - распадается и обрушивается", - Ригонда демонстрирует роскошный, потрепанный погодой декор фасада. Она переживает - если второй аукцион, как и первый, закончится безрезультатно, последует третий, а поместье тем временем будет пустовать. Для старого здания каждая следующая зима может стать "смертельной".

"В усадьбе установили крышу 30 лет назад. Когда шел дождь, мы бегали с тазиками. Сейчас никто не бегает. Я не могу представить, что будет, когда откроют двери - там все будет вонять плесенью", - отмечает Ригонда. И добавляет: "Университету не было стыдно во время чрезвычайной ситуации, когда не проходили никакие мероприятия, брать с пожертвованных средств полную плату за аренду".

Почему это место так важно? "Иманта - это НЕ многоэтажки, построенные в песчаных дюнах, а самый большой район Пардаугавы с 50 тысячами жителей, однако в Иманте мало исторических мест, с которыми можно было бы идентифицировать район, - говорит Ригонда. - У Тейки, Агенскалнса есть своя история, свои рассказы, а у нас? Анниньмуйжа - это общая душа Иманты и Золитуде! Раньше часть Иманты и Золитуде была единой - окрестностью Анниньмуйжа. Иманта была основана только в 1938 году по политическим причинам - все названия, содержащие слово "усадьба" были искоренены. Усадьбы Золитуде и Шампетера не сохранились, именно поэтому сберечь Анниньмуйжу настолько важно". Она переживает, что формально новый владелец будет соблюдать требования, но какой смысл от истории, к которой нельзя прикоснуться, потому что вокруг забор? Так произошло с Эбельмуйжей в Зиепниеккалнсе. "Юридически все правильно, но никто туда не может попасть", - продолжает Ригонда. Чтобы двигаться вперед, сообщество пытается обратиться к русскоязычной аудитории, так как в Иманте живет 40% латышей, а в Золитуде - 30%.

"Если бы русскоязычные присоединились, вместе мы могли бы добиться большего. Я хотела бы, чтобы в сообществе нас было наполовину. 

Если у нас отнимут и это, мы будем "колоссальным" районом, который появился из ничего. Хочется, чтобы люди освободились от идеологии советских времен и стереотипов. В одном месте могут сосуществовать разные эпохи, национальности, амбиции. Мы все можем сделать что-то для будущего!" - уверена Ригонда.

ФОТО: Jānis Škapars/TVNET

Она возмущается: "Чиновники очень беспокоятся насчет будущего инвестора - лишь бы было меньше бремени и больше прибыли, но я никогда не слышала, чтобы хоть кто-то подумал о тысячах жителей Иманты". Ригонда говорит, что если все соломинки будут упущены - будет организована общественная акция с целью скинуться и купить усадьбу. В Европе такая практика распространена и называется краудфандингом.

Утопия? Может быть. Но почему бы не попробовать?

Галерея: Усадьба Анниньмуйжа вчера и сегодня 

Анниньмуйжу - имантская Зиемельблазма

Адвокат Олавс Церс, который живет в этом районе, также не смог остаться равнодушным к этой истории. Отчасти благодаря ему был сделан первый большой шаг - включение в ансамбль Анниньмуйжи парка. "Вторая задача более сложная - мы обратились к университету с просьбой отделить усадебный ансамбль от недвижимости и продавать ее отдельно, потому что мы не можем предсказать, как новый владелец поступит с усадебным комплексом. Есть опасения, что он  будет скрыт так же, как и другие объекты культурного наследия, и не будет выполнять свою общественную функцию. Позиция университета формальна - правила Кабинета министров налагают обязательство продавать, и точка. В правилах аукциона даже не указываются рекомендации о желаемом публичном статусе усадебного комплекса", - говорит Церс.

Юрист отмечает, что Анниньмуйжа в Иманте и районе Золитуде является единственной сохранившейся исторической точкой: "Мы пытались найти место, где находилась усадьба Шампетера, но никто так и не смог сказать, хотя она была снесена только в 90-х годах.

Вероятно, эту информацию можно найти где-нибудь в архивах, но на уровне памяти это место больше не существует.

Есть опасения, что то же самое произойдет и с Анниньмуйжей - вокруг построят жилые дома, и никто не будет знать, какие там есть свидетельства истории. Я хочу, чтобы люди поняли, что Иманта - Золитуде - это не просто луга, а поместье, принадлежавшее человеку, который оказал большое влияние на всю Российскую империю".

У сообщества есть две версии того, как действовать дальше. В ближайшее время они обратятся в Кабинет министров, который издал регламент о продаже имущества университета. Если первый шаг "не сработает", последует второй: судебный процесс. Сообщество Анниньмуйжи намерено разыграть все карты.

"Мы бы хотели сделать Анниньмуйжу - как Зиемельблазму. Конечно, наша усадьба не такая большая, но там можно было бы организовывать важные для района мероприятия", - добавляет Олавс Церс.

На липовой аллее мы чувствуем себя лиллипутами между гулливерами - гигантскими липами, листва которых раскинулась высоко над нашими головами, образуя купол. Можно сказать, что парк опустел и здесь уже ничего нет, но вы можете посмотреть вверх и увидеть чудесный пейзаж. Ригонда дополняет картину: когда-то здесь повсюду были цветы, прекрасные тропинки. "Там был яблоневый сад, груши, сливы, персики", - показывает Ригонда на джунгли, где еще можно увидеть старые фруктовые деревья. Все ушло в небытие.

ФОТО: Jānis Škapars/TVNET

В процессе разговора направляемся в близлежащий парк Вецанниньмуйжа, который находится рядом со спортивным центром Volvo. "Чтобы выехать на природу, мы проезжаем сто километров, не зная, что прямо перед нашим носом есть такое богатство. Парк возле станции Иманта для Латвии является уникальным - много больших деревьев в одном месте. Территория Иманты имеет большой потенциал, но нет никакого видения развития", - говорит Ригонда, обещая, что осенью портал Manabalss.lv также возьмет на себя инициативу по уборке этого парка.

Почему Анна опаздывает?

Зачем Ригонде все это нужно? "Я - имантский абориген. Родилась в Ильгюциемсе, а когда мне было три года, мы переехали в Иманту. Мой отец работал в строительстве - строил дома в Иманте и Золитуде. Я здесь каждый куст излазила. Всегда думала, что живу в спальном районе, где ничего нет. 

Другие хвастались, что пришли из мест с историей - Кулдиги, Цесиса, Резекне. Я молчала и думала, что мне нечем гордиться, я родилась в рабочем районе.

Но потом я поняла, что все совсем не так - здесь есть Межа пилс, тесно связанный с историей Риги. Прочитала о людях, которые тут жили - о чем они думали, о чем говорили". 

В поисках доказательств, связанных с историей и происхождением Анниньмуйжи, Ригонда буквально перевернула все архивы. Ей особенно понравилась история последней наследницы Анниньмуйжи, которую очень символично звали Анной. Итак: в 1939 году Анна беседовала с журналистом. Журналист описывал, что для того, чтобы добраться до усадьбы, ему пришлось идти через грязь и заросли. Анна рассказала ему, что у усадьбы течет крыша.

Она переехала в крайнюю комнату, где жила с большой собакой и маленькой лошадкой, а в саду стоял фонтан, который прекратил функционировать в 1919 году.

В продолжение беседы Анна рассказала о призраке поместья, с которым однажды столкнулась. "Я долго не могла понять, почему единственная наследница Янсена - 25-летняя девушка - осталась в Анниньмуйже, когда приближалась война и все ее родственники уже были в Германии. Мы копали и нашли! Ну, конечно! Здесь ее держала любовь. Анна была замужем за парнем по фамилии Душе. Люди с этой фамилией в настоящее время живут в Германии". Ригонде так и не удалось найти настоящих наследников Анниньмуйжи - препятствием является закон о защите данных.

ФОТО: Jānis Škapars/TVNET

Шло время, и Анниньмуйжа выжила благодаря людям, которым небезразлично это  историческое место. С усадьбой связана не только трудовая жизнь профессора педагогики Аиды Крузе, но и, по ее словам, часть ее сердца. В 2006 году на втором этаже усадьбы учитель создала Музей педагогики, который к 2018 году посетило около 10 тысяч человек. "Это неправда, что люди ничего не знают об Анниньмуйже - в те годы это место посетило много людей, были публикации в газетах". По ее словам, именно благодаря университету усадьба выжила, потому что изначально состояние здания было не очень хорошим. "В 90-е годы художник Юрис Лейтанс со студентами отремонтировал первый этаж, восстановил полы. Позже мы отремонтировали второй этаж", - вспоминает профессор.

Кроме того, благодаря Аиде Крузе соседняя улица была названа улицей Муйжас.

В конце разговора Ригонда сказала, что если у людей есть вера, то можно достичь многого. "Люди отмахиваются: ой, за что вы там беретесь, все равно ничего не выйдет. Так жаль, что из рук рижан утекает еще одно прекрасное историческое место. Мы чувствуем себя так, как будто запрыгнули в последний вагон".

Ты можешь внести свой вклад в работу платформы ManaBalss пожертвованием!

Галерея: усадьба Анниньмуйжа

Подпишись на Рассылку RUS TVNET и читай все самое свежее, важное и забавное в своей электронной почте!