Самая тяжелая авария в истории эстонских железных дорог произошла 41 год назад в первую субботу октября, пишет Limon.ee.

Железнодорожная катастрофа, о которой умолчали

Поезда приближались друг к другу по кривой как два призрака. То, что дело плохо, видели оба машиниста. Экстренное торможение ни к чему не привело. Два поезда столкнулись в паре сотен метров от перрона Балтийского вокзала Таллинна.

Погибли девять человек, 46 были ранены. И все же до недавнего времени о катастрофе было сообщено только девятью строчками в газете Rahva Hääl следующего дня: "4 октября 1980 г. на Таллиннском железнодорожном вокзале по техническим причинам произошло столкновение двух электропоездов, принесшее с собой человеческие жертвы. Центральный комитет ЭКП и Совет министров ЭССР выражают глубокие соболезнования семьям и родственникам погибших, а также потерпевшим пассажирам".

Катастрофа на Балтийском вокзале, 04.10.1980 ФОТО: скриншот ERR

Был день зарплаты

Роковая суббота отличалась от других только тем, что на Балтийском вокзале выдавали зарплату. У кассы нервничал машинист Петр Сапунов (29), который вышел в этот день из отпуска, а также его помощник Аади Мяэ, который отмечал свой 19-й день рождения. Для них это был первый совместный рабочий день, раньше они в паре не ездили.

Когда состав поутру выкатился из депо в сторону Таллинна, в кабину неожиданно вошел контроль. Несколько раз была произведена проба тормозов, вдобавок бригада ответила на рутинные вопросы. Все было в порядке.

Поезд вышел на линию и пробегал между Балтийским вокзалом и Клоогаранд всю первую половину дня. После обеда, в 15:01, поезд снова подали на девятый путь Балтийского вокзала для того, чтобы в 15:21 отбыть в Вазалемма. Молодые люди успели быстро сбегать в кассу, иначе бы на выходные могли остаться без денег.

Запыхавшиеся, они запрыгнули в поезд. Стрелки часов неумолимо двигались вперед. До отправления оставалось всего пять минут. За это время необходимо было провести до автоматичности доведенный контроль состава. Все было в порядке, но из графика они уже выбились. Поезд отправился в 15:23.

Смертельная поездка началась

В то же самое время со стороны Палдиски приближался поезд (ЭР1-122), прибывавший на Балтийский вокзал в 15:20. Уже до Лиллекюла было ясно, что вовремя в Таллинн не успеть и отправляющийся по тому же пути таллиннский поезд вынужден будет опаздывать.

Машинист Анатолий Милютин (41) и его помощник Станислав Сумишевский (39), который всего второй день находился на работе, въехали на станцию на границе допустимой скорости - 39 км/ч. Бежали секунды, приближался роковой момент.

Работавший в депо Яан Талак так вспоминает произошедшее: "Получив зарплату, я остался на перроне девятого пути, болтал с коллегами. Мы стояли у первого вагона со стороны вокзала. Я обратил внимание на то, что в 15:21 с этого пути должен был отправиться поезд в Вазалемма. Я услышал шорох закрывающихся дверей за спиной. Посмотрев туда, заметил, что двери все же были открыты. Я уже пять лет как был машинистом, поэтому автоматически бросил взгляд на светофор. Я точно видел, что на светофоре горел красный. Поскольку поезд еще стоял на месте, то я подумал, что он вряд ли начнет двигаться раньше зеленого сигнала. Этот шорох был выпуском воздуха в дверные вентиляторы для ускорения опаздывающих на поезд пассажиров - этим приемом машинисты пользовались довольно часто".

"Мы продолжили беседу с друзьями. Через минуту-другую за спиной снова что-то зашипело, - продолжает Талак. - В этот раз поезд на самом деле закрыл двери. На светофор я не смотрел. Мой друг резко сказал, что ведь не на красный же он едет?!"

Поезд успел проехать только пару десятков метров. Яан побежал, показывая рукой круговой сигнал остановки. "Я знал, что помощник машиниста должен быть в дверях, а значит - заметит меня. Но не получилось".

Удар и скрежет

Помощник машиниста действительно был в дверях и следил за тем, чтобы в хвосте поезда все было в порядке. "Я, конечно, видел размахивающих руками людей, но думал, что это просто опоздавшие пассажиры", - рассказывал он.

Когда хвост вагона прошел конец перрона, помощник машиниста ушел в кабину. От увиденного в лобовое окно у него волосы на голове встали дыбом. Через пару секунд приближавшийся навстречу поезд был уже в их кабине.

Скрежет металла, вылетающие окна. Двигавшийся с большой скоростью поезд из Палдиски взлетел на крышу таллиннского поезда. Его кабина разлетелась в клочья. Бригада прибывавшего поезда погибла на месте. Напарника Мяэ - Сапунова - тоже зажало, словно в консервы. Лицо самого Мяэ было побито осколками стекла.

Пассажиры в железном плену

"Я провел рукой по лицу, но вместо него почувствовал только большой сгусток крови, - вспоминает он. - Я чувствовал, что мир перед глазами словно затягивается красной пеленой". Увидев зажатого обломками коллегу, Мяэ все же сумел залитыми кровью глазами найти лом и освободить машиниста.

ФОТО: balticrailpics.net

Первые вагоны обоих поездов сошли с рельсов

"Я неожиданно услышала резкий гудок, почувствовала торможение и сильный удар", - рассказывает в то время 44-летняя жительница Таллинна Тийна, сидевшая в первом вагоне въехавшего на вокзал поезда.

"Стекла разбились с сильным хлопком. На меня повалились сиденья, а ноги зажало между ними", - описывает она свое освобождение кем-то из-под тяжести сидений, а также свою удавшуюся попытку выбраться через разбитое стекло.

"Был удар, все сдвинулось, и меня охватила ужасная боль, - вспоминает Зоя, которая с восьмилетним сыном двигалась в сторону тамбура перед прибытием на вокзал. - Сознания я не теряла, но время, проведенное до того момента, пока спасатели добрались до меня, показалось мне вечностью".

Сидевшая в том же вагоне Юлия: "Я вообще сидела в передней части вагона и сразу после удара потеряла сознание. Очнулась неизвестно сколько времени спустя, лежа на сиденье, и почувствовала, что подо мной труп. Совсем рядом со мной слабо дышала какая-то женщина. Я попробовала пошевелиться, но это не очень удалось - на меня давила какая-то железяка".

Пассажиры первого вагона отправлявшегося из Таллинна поезда отделались легче

"Места было предостаточно, - вспоминает Светлана, которой в те дни было 18. - Мы успели проехать только 100-120 метров, как из-под колес раздался скрежет тормозов и сразу после этого сильный удар. Вагон сразу же перекосило. В итоге все пассажиры нашего вагона сумели быстро выбраться из него и ни у кого не было видимых повреждений".

Сумбур при спасении

Несмотря на то, что к месту катастрофы устремились все спасательные силы Таллинна - 14 бригад скорой помощи, 120 спасателей, 70 транспортных милиционеров, 50 работников внутренних органов и две бригады пожарных - все же не удалось наладить слаженную работу всех сил.

Хоть столкнувшиеся поезда и не загорелись, но пожарная опасность была создана позже, когда начали резать крыши вагонов и при этом загорелись их деревянные конструкции и изоляция. Пожарная команда получила вызов только через 40 минут после катастрофы.

Вспоминает работавший тогда в пожарной охране Тынис Пайо: "Повсюду валялись окровавленные тряпки и всякий хлам. Через разрезанную крышу вагона мы добрались до пострадавших и спустили их тросом на землю, где уже ждали врачи. Запомнились погибшая молодая девушка и мужчина средних лет. Мы их в первом тамбуре нашли. Тела машиниста и его помощника остались среди обломков - мы просто до них не добрались…".

Последний пострадавший был вывезен с места происшествия более чем через два часа. Правительственная комиссия в своем отчете позже также признала, что совместная работа спасательных подразделений была нескоординированной и спасатели больше мешали, чем помогали друг другу.

Наказания и премии

И хотя черных "Волг" у перрона Балтийского вокзала было больше, чем автомобилей скорой помощи, а прессу можно было держать под контролем посредством туманного сообщения ЦК ЭКП о человеческих жертвах, утаить случившееся было невозможно.

Правоохранительные органы приложили все усилия для того, чтобы умолчать о произошедшем. Все погибшие были похоронены за государственный счет, а семьям погибших и пострадавших были найдены лучшие жилищные условия.

Железнодорожным чиновникам не скупились на выговоры и последние предупреждения, но без чрезмерного кровопускания. Все служащие остались на своих местах.

Катастрофа на Балтийском вокзале, 04.10.1980 ФОТО: скриншот ERR

Однако наручники на запястьях машиниста Петра Сапунова защелкнулись уже на Балтийском вокзале. Из-за того, что окровавленного помощника Аади Мяэ увезли на "скорой" в больницу, его взяли под стражу чуть позже - после лечения.

И хотя и по сей день не исключена возможность того, что путаница возникла из-за дежурного по станции, давшего неправильный свет на светофор, следователи довели спасшихся в катастрофе машиниста и помощника до признания, что никто из них не смотрел на светофор.

Петр Сапунов был приговорен к девяти годам лишения свободы, Аади Мяэ - к шести. Правда, прошение о помиловании последнего было удовлетворено через год. Сапунов отсидел за решеткой два года и десять месяцев.

Но еще до конца месяца, 28 октября, Президиум Верховного Совета награждал активно засветившихся денежными премиями.

На одной странице с упомянутыми в самом верху Арнольдом Рюйтелем и Артуром-Бернардом Упсом были заместитель начальника Эстонского участка железной дороги Рейнгольд Тодинг и начальник отдела движения Эстонской железной дороги Владимир Саммель, получившие 150 и 100 рублей премии соответственно. И все в связи с тем самым происшествием, унесшим жизни девяти человек.

ФОТО: balticrailpics.net

Заключение суда гласило:

"Петр Сапунов и Аади Мяэ нарушили следующие положения инструкции по технической эксплуатации железной дороги СССР:

  • п. 16.16 - тем, что допустили отправление электропоезда от вокзала без разрешающего сигнала дежурного по вокзалу;
  • п. 16.38 - тем, что до отправления электропоезда не проследили за сигналом светофора и указывающими обозначениями, не выполнили их требования и не поделились ими друг с другом, не убедились в том, что рейс был в целом подготовлен. Этим они вызвали железнодорожную катастрофу на территории Балтийского вокзала, где погибли 9, получил сверхтяжелые увечья 1, получили тяжелые увечья 14 и легкие повреждения 32 человека. Также они причинили прямой имущественный ущерб Эстонской железной дороге в размере 333,78 рубля и Таллиннскому железнодорожному депо в размере 43 475 рублей".

Об обстановке на железной дороге

1980 год не был самым лучшим годом для Эстонского участка Прибалтийской железной дороги. Железнодорожники пьянствовали. В течение года было наказано 380 пьяниц, но увенчалось все доставкой дежурного по станции Табивере прямо с рабочего места в вытрезвитель. На станции Юлемисте в Таллинне стоял целый вагон коньяка.

Ранней осенью чудом удалось избежать тотальной катастрофы в Тарту, где на ветку со стоявшим топливным эшелоном по ошибке направили пассажирский поезд.

Примерно так же недалеко было до трагедии на перегоне Ракке - Вягева, где почти случайно нашли переломившийся рельс за пару часов до проезда скорого поезда.

По иронии судьбы буквально за пару дней до трагического 4 октября прошло партийное собрание, где пребывали в эйфории от взятых перед Олимпийскими играми и выполненных социалистических обязательств и благодарили мирный курс Брежнева. Правда, приведенные ранее факты заслужили принципиальную критику. Неудовлетворительным было признано создание 65 различных комиссий для поддержания безопасности.

Погибшие в катастрофе:

  • Анатолий Милютин (41)
  • Станислав Сумишевский (39)
  • Иван Бородач (25)
  • Роберт Леэтберг (50)
  • Людмила Коваль (36)
  • Инга Болащченко (17)
  • Сирье Баланцев (28)
  • Зинаида Полипонис (67)
  • Мейт Росин (72)

По материалам Vecherka, Дмитрия Сазонова, ERR, Wikipedia, Baltic Trains Picture Gallery и других открытых источников.