/nginx/o/2018/07/10/8527575t1hd486.jpg)
Современные методы лечения рака в Латвии отстают настолько, что за три года число просителей помощи увеличилось в четыре раза, сообщила глава благотворительной организации Ziedot.lv Рута Диманта. Борясь за жизнь больные раком латвийцы стараются стать резидентами Эстонии, поскольку в соседней стране шире предложение компенсируемых современных медикаментов. Онкологи также «загнаны в угол», видя, что пациента можно спасти, но соответствующую терапию государство не оплачивает.
После того, как за короткий срок удалось собрать необходимые средства на лечение музыканта Валтерса Фриденбергса в Германии, в социальных сетях началась дискуссия, почему расходы на лечение рака не покрываются из государственного бюджета.
Лечить Фриденбергса взялась немецкая клиника Charité. Более 800 человек оказали поддерку музыканту и уже собрано более 20 000 евро.
Люди считают, что деньги, предусмотренные «выбросить на ветер» на торжества по случаю 100-летия Латвии, лучше было бы потратить на лечение больных раком.
В то же время руководитель благотворительной организации Ziedot.lv Рута Диманта отмечает, что динамика связанных с раком проектов в последние годы существенна. В 2015 году с просьбой помочь в организацию обратились 11 пациентов. Общая сумма, которую они просили, была 200 000 евро. В 2016 году число просителей более чем удвоилось — в Ziedot.lv обратились 27 человек, которым пожертвовали более 700 000 евро.
За девять месяцев 2017 года помощь в общем на 1,3 млн евро попросили уже 46 онкобольных.
Диманта говорит, что по сравнению с соседним странами, в Латвии терапия рака менее эффективна. Она развивается, фармацевтические препараты становятся все более эффективными, но в Латвии современные лекарства недоступны.
Не нанотехнологии и ультрасовременные лекарства хотят больные раком, которые обращаются с просьбой о помощи к обществу, когда все местные возможности уже исчерпаны, а нормальной, современной терапии рака.
Латвийская ассоциация онкологов указывает, что в Латвии современное лечение рака остается минимум на 10 лет. В отличие от практик в Европе, в систематическом лечении наши медики вынуждены использовать устаревшие медикаменты.
Латвия — одна из немногих стран Европы, которая продолжает полагаться на модели лечения, которым уже по 10 лет.
«Не надо смотреть далеко, в Эстонии предложение компенсируемых медикаментов более широкое», - говорит Диманта. Поэтому существует новая тенденция: чтобы можно было лечиться, онкобольные стараются стать резидентами Эстонии.
Выйти в общество и публично сказать «У меня рак. Помогите!» непросто, говорит Диманта, отмечая, что большая часть просто молчит. «Случай Валтерса вдохновит других, поскольку общество у нас фантастическое!»