Тайна исчезнувшего капитана "Эстонии" свела его жену в могилу

Исчезнувший капитан и его жена, искавшая истину.

ФОТО: Andrus Peegel

В ту ночь Сирье Пихт проснулась в Меривялья в половине третьего. Звонил телефон. Никто не говорил, только вздыхал в трубку. Ей показалось, что вздыхает женщина, начинает рассказ Rus.Postimees.

Через несколько часов позвонил Ари Дубин, отвечавший на пароме "Эстония" за развлечения и пригласивший туда выступить Урмаса Алендера и пярнускую танцевальную группу "Пантера". Для танцовщиц это был первый рейс на корабле, курсировавшем между Эстонией и Швецией, пишет Postimees.

"Эстония" затонула, надо взять вертолет и лететь спасать своих, сказал Дубин Пихт. Сирье Пихт, полусонная, взглянула на часы и посчитала – в шесть часов утра корабль должен быть в Стокгольмском архипелаге, он же не может там затонуть.

За два дня до этого она подала заявление об уходе из Eesti Kontsert, где была администратором. Она решила стать домохозяйкой и наслаждаться жизнью в качестве жены капитана. Ее на тот момент 39-летний супруг Аво Пихт находился на борту "Эстонии" - и вот Ари Дубин говорит, что судно затонуло в Балтийском море.

На "Эстонии" у него была свободная смена, он плыл в Швецию, чтобы рано утром сдать в Стокгольмском архипелаге экзамен на лоцмана, что позволило бы судовой компании Estline сэкономить на счетах за шведские лоцманские услуги.

Каким-то образом Дубину удалось объяснить Сирье, что судно затонуло еще ночью. Дела плохи.

Встревоженная женщина включила радио, но ее по-прежнему не покидало чувство, что ее муж выжил в катастрофе. В 10 часов она услышала по радио подтверждение: капитан Пихт спасен. Сообщение о его спасении звучало в радионовостях и в полдень.

В тот же день в терминале D Таллиннского порта была сделана фотография билетной кассы, к окну которой был приклеен список, отправленный по факсу. На бумаге значилось: "Спасенные!" И имена людей в двух колонках. Кажется, это была распечатка факса, к которой кто-то добавил заголовок, а потом во второй столбец пару раз дописал имена. Там значится и имена сестер-танцовщиц Вейде – они обозначены как "Анне" и "?"

Там есть и Ааво Пихт, именно в таком написании.

28 сентября 1994 года спокойная жизнь капитанской жены Сирье Пихт перевернулась с ног на голову и больше никогда не стала нормальной. Ей было 42 года.

Их сыну Эгону тогда было 17, утром несмотря на тревожные сообщения, касавшиеся отца, он пошел в школу. Из-за гибели парома школьный день был сокращен.

В тот же день к списку спасенных с "Эстонии" прибавились имена еще восьми человек, которые впоследствии исчезли. Там были сестры-танцовщицы Ханника Вейде и Ханнели Вейде, четвертый помощник капитана Кальмер Кикас, судовой врач Виктор Богданов, старший механик Лембит Лейгер, директор магазина Тийна Мюйр и капитан Аво Пихт, который в том рейсе не был на службе.

До сих пор у Estline было всего одно судно, ходившее между Эстонией и Швецией, но именно в день гибели "Эстонии" эстонские моряки принимали в немецком Ростоке судно "Диана II", которое впоследствии получила имя Mare Balticum.

В десятичасовых новостях по немецкому телеканалу показали микроавтобус, из которого выходили закутанные в одеяло спасенные. Третьим или четвертым выходил Аво Пихт – все видевшие этот новостной сюжет был в этом убеждены. Тот же фрагмент немецкий телеканал показал через час, Пихт вновь был в нем.

В вечерних итогах Пихта уже не было – в тот момент на экране показали чье-то плечо, закрывшее вид.

Тогдашний министр путей и связи Анди Мейстер, назначенный председателем международной комиссии по расследованию гибели "Эстонии", в 1996 году сложил с себя обязанности и год спустя по материалам комиссии опубликовал сенсационную книгу "Неоконченный судовой журнал".

Мейстер пишет, что тот, кого эстонские моряки приняли по телевизору за Пихта, на самом деле, был шведским пассажиром по имени Андерс Эрикссон.

Отсюда берет начало история капитана-призрака, которая до сих пор не разгадана. Всю свою оставшуюся жизнь безуспешно искала эту разгадку и Сирье Пихт.

Эгон Пихт говорит, что видеофрагменты, вызвавшие путаницу вокруг судьбы его отца и постоянно тянувшие из семьи жизненные силы, никто больше не видел, они мелькнули по немецкому телевидению и исчезли. "Видимо, кому-то было нужно их убрать", - предполагает он.

Анди Мейстер идет в своей книге еще дальше. Он предполагает, что увиденный моряками видеоклип когда-нибудь может обнаружиться по той же причине, по которой до сих пор он не был найден несмотря на все поиски. Цена фотографии или видео с течением времени может вырасти до неслыханных размеров, пишет Мейстер.

Через два года после гибели корабля, чтобы разрешить загадку Пихта, близкие обратились за помощью к шведскому правительству. В шведской полиции дело начал расследовать Пер Улоф Пальмгрен. Это имя вызвало негодование у близких, поскольку на счету Пальмгрена уже была нераскрытая история убийства премьер-министра Швеции Улофа Пальме.

В конце октября 1996 года Пальмгрен заявил, что капитан Пихт погиб в кораблекрушении, и у шведской полиции достаточно данных, чтобы опровергнуть спекуляции относительно его спасения. Очевидцев не было, тела тоже.

Сирье Пихт по-прежнему верила, что муж выжил.

В 1999 году немецкое издание Der Spiegel описало небольшую вечеринку в таллиннском районе Меривялья. Шампанское, закуски, даже знаменитые сливовые пироги Сирье Пихт. На месте находились многие друзья исчезнувшего капитана и сотрудники судовой компании Estline. За столом рассказывали прекрасные истории об Аво, смеялись. Это был его 42-й день рождения, на котором сам он не мог присутствовать.

По мнению одной из подруг, было несколько неуместно устраивать эту вечеринку, она советовала держаться тише. Все-таки день рождения покойного.

Остальные были в праздничном настроении.

Сирье Пихт была убеждена, что, если не здесь, в Таллинне, то где-то Аво Пихт все-таки принимает участие в этом празднике.

Оставалось только неизвестным, где это "где-то". В том, что "где-то" существует, никто не сомневался, но в то же время никто не мог это описать.

Поиски истины

Молодой журналист Имре Каас предположил в статье Pärnu Postimees, что, поскольку вокруг гибели "Эстонии" так много вопросов без ответов, необходимо написать новую книгу, которая эти ответы найдет.

Сирье Пихт прислала ему электронное письмо следующего содержания: что ты, молодой человек, вообще знаешь об этом времени! Но из последовавшей переписки родился план, который зимой 2003 года вышел в виде книги "Трудный путь к истине". Сирье Пихт пишет в предисловии к нему, что до сих пор ни один чиновник не сумел опровергнуть спасение Аво Пихта с помощью конкретных фактов.

"Пара слов – чья-то ошибка – не объяснение. В какой-то момент я почувствовала, что у меня есть много знакомых и хороших друзей, которые мне помогали, но в действительности не понимали его до конца. Мы живем разной жизнью! - писала она. – Это и заставило меня написать, поскольку у меня больше не было никого, с кем я могла бы поговорить".

В портретном очерке, появившемся в Postimees по случаю выхода книги, Эгон Пихт признается, что мало знал о деятельности матери и ее душевном состоянии. О том, что мать пишет книгу, сам он прочитал в журнале Kroonika. Мать и сын не говорят о катастрофе "Эстонии" между собой.

Окончивший ТТУ в 2000 году по специальности "химия" Эгон сказал тогда, что у них с матерью столь разные представления о жизни, что они часто ссорятся. Мать очень резко критикует общество и обвиняет его. "Для меня жизнь – не какая-то борьба, я отношусь ко всему легче", - говорит Эгон.

В начале 2006 года Сирье Пихт умирает. Рак мозга.

Имре Каас встречается с ней несколькими месяцами ранее, в конце лета. Сирье – больше не та, что прежде.

В сентябре она уже не участвует во встрече близких тех, кто был на «Эстонии». Она, всегда бывшая одним из их лидеров.

"Не стану скрывать, эта тревога и свела ее в могилу", - говорит уже 42-летний Эгон, сам ставший отцом семейства.

Он руководит фирмой, занимающейся водоочистными технологиями.

Эгон не присоединился к тем судебным делам, которые затеяли потерявшие близких на "Эстонии", и не надеется на новое следствие. "Что это изменило бы? У меня нет фактов, чтобы что-то добавить. Если говорить в человеческом плане, я в состоянии идти по жизни дальше, хотя те же самые вещи случились ведь и со мной. Но это не мой пунктик".

Хотя у него есть вопросы, почему так многое касающееся "Эстонии" объявлено государственной тайной.

"Что скрывает от меня как от хозяина государство, мелким собственником которого я и каждый из нас являемся? – Дела пошли бы лучше, если бы мы прекратили идти задом наперед. Мы можем каждый день вспоминать о трагедии, но это ведь не имеет смысла. Иначе не будет ничего нового и хорошего".

НАВЕРХ