"Здесь для вас концлагерь" повторяла приемная мать, пока дети рыли подвал в летнюю жару. Своих старших девочек она называла шлюхами, а 11-летнему мальчику, который периодически мочился в постель, однажды надела на голову описанные трусы и выставила во двор. Это воспоминания о жизни в приемной семье теперь уже взрослой Анны. В ней она провела несколько лет.

Прокуратура начала уголовное преследование приемных родителей, которые нескольких лет эмоционально и физически насиловали восьмерых детей. Правоохранительные органы сообщают, что от сексуального насилия пострадали две несовершеннолетние девочки.

Бывшие опекуны в разговоре с TVNET обвинения отрицают, полагая, что их семью оклеветали.

Чтобы защитить детей, мы не будем упоминать место, где происходили все события. Настоящие имена жертв и преступников изменены.

  • Недавно в публичном пространстве появились шокирующие новости: в одной приемной семье с декабря 2015 года сексуально насиловали двух несовершеннолетних девочек.
  •  С лета 2016 года по зиму 2017 года одна из несовершеннолетних подвергалась насилию систематически.
  • Девочки сами обратились в полицию.

В ходе расследования было выяснено, что от длительных физических и эмоциональных издевательств страдают восемь детей этой семьи. Поэтому в феврале нынешнего года было принято решение забрать детей из-под опеки семьи и поместить в кризисный центр.

По отношению к женщине-опекуну 1961 года рождения были приняты меры пресечения, не связанные с тюремным заключением, а мужчина-опекун 1968 года рождения заключен в тюрьму. Досудебное расследование продолжается.

Лакомым кусочком он не был

"Такое положительное впечатление... Мы были рады, что в нашей волости есть такая приемная семья", - говорит глава администрации.

Большой, отремонтированный дом, ухоженный сад, всегда улыбающаяся мама, которая более 20 лет заботится о своей семье. И супруг Юрис, который недавно присоединился к большой семье, когда у Зайги уже было шестеро приемных детей разного возраста.

"Он не был лакомым кусочком", - описывает пятидесятилетнего мужчину глава волости. "Все, казалось, знали, что у Юриса были проблемы с алкоголем".

Уже несколько лет назад под статьями о семье можно было прочитать нелестные комментарии, которые должны были навести на подозрения, что в этой истории что-то не так .

"Сиротский суд прекрасно знал, что это за человек", - добавляет глава волости. 

Волшебный деревенский дом с садом

После трех месяцев жизни в кризисном центре Анна выбрала эту семью из ряда вариантов.

“Какие дружелюбные и хорошие люди", подумала девочка.

Сначала ее поразили ухоженный большой дом с чистым садом. Когда девушка упомянула, что хочет играть на пианино, ее сразу же отвели к преподавателю. Когда она сказала, что хочет танцевать, все произошло, словно по взмаху волшебной палочки. 

Анна делила комнату со сверстницей - 16-летней девочкой (назовем ее Катрина), которая жила в семье уже давно. "Нам было восемь и девять лет, младшему мальчику было девять, затем к нам присоединилась 11-летняя девочка из другой страны".

Долго ждать не пришлось, прежде чем приемная мать начала показывать свое истинное лицо, вспоминает Анна. "После школы младшие дети сидели за столом и делали домашнюю работу. Девочка из-за границы плохо говорила, ничего не понимала, поэтому ей доставалось больше всех. Было ужасно - Зайга таскала ее за волосы и била. 

Когда та плакала, Зайга говорила: "Будешь плакать, получишь еще больше!"

Подобные методы воспитания были распространены в этой семье. Тем временем отчим Юрис редко был дома - работал везде, где мог. Анне Юрис не нравился.

Он девушку никогда не трогал и относился к ней нейтрально. Надо сказать, что Анна отличалась от других детей - внешне хрупкая, тихая, но с внутренним стержнем. Это была ее первая приемная семья. Покинуть свою биологическую семью она решила сама, потому что "у матери появился мужчина, который сильно пил". Теперь Анна выросла и работает.

Будешь плакать, буду бить сильнее!

Зайга хотела, чтобы все было идеально - сад, который не перестает цвести, дом, который сияет от чистоты, ухоженное хозяйство.

Девочка вспоминает, что гараж, подвал и сарай на самом деле были сделаны руками детей. "Был душный день, солнце жарило. Мы, старшие, лопатами копали фундамент подвала. Младшие помогали. Мы спросили приемную маму, можем ли мы пойти на озеро, чтобы искупаться. Она сказала: "Нет, только когда работу закончите".

Зайга часто напоминала: "Здесь для вас концлагерь".

В доме был режим: подъем в 7.00, зарядка - бег, в 8.00 завтрак. Потом сразу начиналась работа. И так каждый день. "Тяжелее всего было летом. В школьное время хотя бы кружки, домашняя работа. В остальное время мы всегда работали. 

"От бранных слов она не воздерживалась", говорит Анна. 

"Обзывала нас постоянно, всеми плохими словами, какие только есть". Когда старшие девочки возвращались из школы, Зайга улыбалась, но потом малыши рассказывали, что та за спиной называла их шлюхами, у которых одни мальчики на уме.

Старших приемных дочерей Зайга контролировала - по вечерам отнимала телефон, на свидание с парнями ходить запрещала. 

Анна вспоминает: однажды к одному из младших мальчиков пришла в гости подружка. Во время игры они начали отрывать кору дерева. Зайга так разозлилась, что ударила приемного сына кулаком по лицу, так что из носа пошла кровь. Женщина пригрозила: "Если не замолчишь, я тебя поколочу"! Анна вспоминает, что та ни раз угрожала отрезать им пальцы.

Анна считала дни до своего совершеннолетия, чтобы скорее уйти из этого дома, где с детьми обращаются подобным образом.

Когда Анна училась в старшей школе, ей часто приходилось оставаться в общежитии, потому что из-за плохого движения сложно было каждый день добираться из школы до дома.

"Мне нужны были деньги, чтобы поесть. Сначала Зайга перечисляла мне по 10 евро, но вскоре перестала давать деньги. Несколько дней я голодала. Помогали сестры". Одевали детей как правило в благотворительных магазинах.

Формальные проверки

Официально Зайга являлась опекуном детей, что с юридической точки зрения означало, что она имела полное право самостоятельно принимать решения за детей по всем вопросам, включая финансовые.

Однако в приемных семьях, например, законным представителем детей является сиротский суд, который принимает все решения, объясняет Валентина Горбунова, директор департамента сиротских судов и приемных семей Инспекции по защите прав детей.

Сумма, которую опекун получает за ребенка, очень мала. Размер ежемесячного пособия равен минимальному размеру алиментов от рождения до 7 лет в размере 25% от минимальной заработной платы, то есть 107.50 евро в месяц. В возрасте от 7 до 18 лет 30% от минимальной месячной заработной платы - 129 евро.

Если ребенок имеет инвалидность, опекун также получает это пособие. Плюс ежемесячное пособие в размере 54 евро, размер которого не зависит от количества детей, и государственное семейное пособие в размере 11,38 евро. Кроме того, вы можете получить дополнительные льготы от муниципалитета, например, бесплатный общественный транспорт. Самоуправления также выдают многодетным семьям пакеты с едой, использованную одежду итд.

После установления опеки Сиротский суд обязан оценивать семью не реже одного раза в год, продолжает представитель Инспекции по защите прав детей. Оценка включает посещение места жительства, чтобы определить, есть ли у ребенка все, для удовлетворения его основных потребностей, после чего с опекуном и с ребенком, в зависимости от его возраста, проводится беседа.

Дополнительно необходимо запросить информацию от семейного врача и образовательного учреждения. Каждый год до 1 февраля опекун должен предоставить в муниципалитет финансовый отчет.

Если у самоуправления есть сомнения относительно того, как используются деньги, оно имеет право запросить делать отчеты чаще.

Глава волостного Сиротского суда, которая отвечала за решения, принятые в отношении этой семьи, после реформы начала 2019 года больше не работает. На связь с журналистами TVNET не выходила. Новая глава, которой перешло данное дело, комментирует, что эту приемную семью проверяли каждый год, как того требует закон.

Однако Анна говорит, что за три года ни разу не видела никого из Сиротского суда. 

У Зайги были хорошие, даже дружеские отношения с сотрудниками Сиротского суда.

Сексуальное насилие

Сразу стоит сказать, что Анна от сексуального насилия не пострадала, но она часто слышала о подобных деяниях со стороны Юриса от приемных сестер. И так несколько лет. Чаще всего жаловалась 13-летняя Криста.

"Опять приставал, трогал грудь, руки в штаны засовывал", рассказывала девочка другим. 

"Может, сама разрешала это делать. Как-то раз Юрис отвел ее в магазин, откуда она вернулась со сладостями и чипсами", вспоминает Анна. Однажды Криста не выдержала, и рассказала обо всем Зайге. Та ей не поверила. Далее последовал эпизод с внучкой Зайги.

Когда взрослая дочь Зайги спросила Анну, правда ли, что новый муж ее матери домогается детей, Анна, зная неуправляемую натуру Зайги, решила дистанцироваться от происходящего и сказала, что ничего не знает.

О приставаниях 50-летнего мужчины рассказывала и Катрина - старшая из всех.

Когда девочки подросли, Катрина все больше показывала характер, не давая себя в обиду. В какой-то момент Юрис начал к ней значительно хуже относится. Однажды, когда Зайга бросила Катрине в лицо старую морковь и схватила за волосы, девушка стала отпираться со словами: "Ты меня не тронешь".

Совсем плохо стало, когда маленькая девочка, которую Зайга чаще всех таскала за волосы, закричала, что приемный отец трогал ее "там". 

Зайга сказала девочке, чтобы она не разрешала Юрису делать это. Но через некоторое время Анна видела, как малышка вылезала из машины Юриса. У нее в руках было полно конфет. Теперь, когда Анна выросла, она понимает, почему ее младшая сводная сестра позволяла Юрису так себя вести.

"Если бы он до меня дотронулся, я бы сразу ушла. Но... мне было куда идти. У нее вариантов нет".

Иногда Юрис "уходил в запой" - мог пить целую неделю. Тогда Зайга домой его не пускала. Анна говорит, что в остальное время он много работал - делал все, что говорила жена. 

"Если приемная мать выходит замуж или начинает совместно проживать с мужчиной, ее статус необходимо переоценить. Это однозначно", говорит представитель Инспекции по защите прав детей Валентина Горбунова.

Учитывая интересы ребенка, Сиротский суд обязан выяснить, нет ли у сожителя приемной матери судимости, и оценить ситуацию со всех аспектов. Если нет причин для беспокойства, супруг может пройти обучение и получить, например, статус опекуна.

Положа руку на сердце…

От разговора с TVNET Зайга не отказалась: "Положа руку на сердце могу сказать, что каждому ребенку я давала все, что только могла"!

Женщина утверждает, что ее оклеветали, и знает, почему так произошло. "Принято считать, что детям можно верить. Я не говорю, что белая и пушистая.  

Да, я выходила за рамки, да, обзывала.  Но почему? Потому что хотела вырастить порядочных людей!

Зайга говорит, что вся семья работала вместе. Дети выполняли домашние обязанности - мыли посуду, убирали в шкафу.

"Не знаю, сколько раз я находила грязные носки и белье в шкафу - кровавые трусики девочек. Есть дети, которые не хотят мыться - мне приходилось силой тащить их в ванну, чтобы просто помыть. Я хотела, чтобы девочки научились заботиться о себе, жили в красивых, аккуратных комнатах", - эмоционально говорит Зайга.

На вопрос о возможном сексуальном насилии со стороны ее сожителя, Зайга ответила строго: 

"Конечно, не верю! Я на 100, нет на 200 процентов уверена, что такого не было. 

Мы прожили вместе пять лет. Если бы что-то было, я бы заметила по поведению детей. Я не первый день работаю с детьми, а 25 лет".