"А не спешите нас хоронить?": как старые СМИ хоронили новые и что из этого вышло

ФОТО: Jānis Škapars/TVNET

Телеведущий Владимир Познер нередко говорит о том, что YouTube – это не место для журналистики. Его позиция заключается в том, что на этой платформе можно говорить все что угодно, а ответственности за это никакой нет. Такое отношение к "нетрадиционным СМИ" все еще существует в профессиональном сообществе, но ситуация меняется. Причем стремительно.

"Ну, прощай!"

Когда я работал в газете – интернет-сайты еще не воспринимались как полноценные СМИ. Они казались чем-то несерьезным. "Бумага" была респектабельным носителем, а что-то там в Интернете казалось несерьезным и не заслуживающим доверия. Помню, как коллега уходила из газеты в Интернет и ее провожали как на похороны: променять "старое доброе" на "непонятное новое" казалось необдуманным риском.

Коллега до сих пор работает на том самом сайте, а вот газеты, из которой ее провожали "в последний путь", давно нет.

В последнее время у меня случилось несколько дискуссий на эту тему с мэтрами "традиционных СМИ": пару месяцев назад мы делали стрим с главредом "Эха Москвы" Алексеем Венедиктовым, где, в частности, говорили об отличиях прямых эфиров на радио и ТВ от стримов в Интернете. Венедиктов говорил, что стрим – это сектантство: аудитория в Интернете не готова принимать разные точки зрения, а заточена на одну – симпатичную ей – точку зрения. И никаких соревнований позиций, двух сторон конфликта и прочих "журналистских излишеств".

В этих словах, конечно, есть логика – когда ядерная аудитория видит того, кто ей не нравится – рейтинги могут начать снижаться. Но то же самое происходит в радиоэфире или на ТВ.

Вся разница в том, что рейтинг радио и ТВ не виден сразу – в стриме в YouTube или в Facebook ты видишь аудиторию "в моменте".

И колебания цифр могут влиять на ведущих. Давайте не будем приглашать того, кто нам снижает показатели – соблазн и правда бывает очень велик.

Иллюзия величия ТВ

Владимир Познер, кстати, убежден, что прямых эфиров в YouTube до сих пор нет – он считает, что ролики выходят в записи. Мы обсуждали с ним фильм Алексея Навального про "дворец Путина", и он усомнился в том, что можно определить, сколько людей на самом деле посмотрели эту работу. Это, конечно, не совсем верный взгляд на возможности YouTube – в аналитике ты можешь отследить каждый чих своей аудитории.

Телевизор, который обычно опирается на замеры рейтингов "третьими сторонами", дает куда менее тщательный анализ реакций аудитории.

В феврале на портале RUS TVNET мы запустили программу "Кто вам платит?", которая совмещает в себе элементы классических СМИ – радио и телевидения, но при этом ориентируется на интернет-аудиторию.

Наша задача – показать, что "нетрадиционные СМИ" имеют те же возможности, что и их консервативные собратья. Причем одни могут дополнять другие.

В конце концов, главное – это доверие аудитории, а этого добиваются люди, а не "ракеты" по доставке контента. По большому счету не так важно, где ты вещаешь – важно, что именно ты пытаешься донести своей аудитории.

В одном из выступлений по теме "новых медиа" я как-то привел такой пример: в начале нулевых люди боялись обращаться к психотерапевтам, потому что им казалось это чем-то несерьезным и "порочащим репутацию". Теперь иметь своего психоаналитика не то что не зазорно, а даже престижно. Так что если вы хотите поговорить об этом – ждем вас в программе "Кто вам платит?".

Каждую среду в 18 часов в Facebook и на портале RUS TVNET.

Обещаем, что найдем время для каждого комментатора. И что самое важное, мы точно знаем, сколько вас с нами в конкретный момент эфира.

НАВЕРХ
Back