ЕС расширится на юго-восток? Пока что нет. Но территорию «столбит» уже сейчас

Министр иностранных дел Греции Никос Кодзиас указывает на министра иностранных дел Албании Дитмира Бушати во время подписания соглашения между странами 11 мая 2018 года в греческом Сунионе на встрече Вышеградской группы (Visegrad-4) и Западных Балкан (Balcan-4).

ФОТО: EPA/ScanPix, Google Maps

Когда балтийские страны - вместе с братьями по исторической судьбе из Центрально-Восточной Европы (ЦВЕ) - присоединились к политической Европе, расширению ЕС на восток рукоплескали как правительства всех стран «старого» Евросоюза, так и большинство их граждан. Прошло 14 лет, и от тогдашнего энтузиазма остались лишь добрые воспоминания. Даже самым горячим сторонникам европейского единения очевидно, что дальнейшая экспансия Союза сегодня стоит на одном из последних мест в списке насущных для Европы вопросов. Тем не менее саммит ЕС, целиком посвященный масштабному плану «поглощения» Балкан, состоялся 17 мая в Софии. В чем причина такой спешки?

Речь в Софии шла о перспективах шести балканских стран, пока находящихся за границами ЕС. Из них две - Сербия и Черногория - уже обладают кандидатским статусом. Еще двум - Албании и Македонии - такой статус может быть присвоен, о чем окончательно решат в Брюсселе через месяц. И, наконец, двум оставшимся - Боснии-Герцеговине и Косову - великодушно предложили ждать своего часа, совершенствуя тем временем функцирнирование институций и искореняя кумовство и коррупцию. То есть, «нарабатывать досье». И не терять надежды.

Готовя встречу, Еврокомиссия учла разницу взглядов европейских национальных правительств на ситуацию в регионе.

Не признает официальный Мадрид независимости Косова? У Афин продолжаются трения с Македонией из-за ее названия? Нет проблем! - заменим в официальной программе саммита слово «государства» словом «партнеры» - это всех устроит!

Не менее дипломатично существительное «партнеры» снабдили прилагательным «западнобалканские». Хотя та же самая Еврокомиссия еще в апреле рекомендовала предложить начать переговоры о вступлении в ЕС Македонии. Географически находящейся далеко не на западе полуострова. Впрочем, для какого восточноевропейца новость, что в нашей части континента геополитика во все времена успешно корректировала географию?

Правда, дипломатические усилия в полной мере не сработали. Премьер Испании Мариано Рахой, похоже, прилетел в Софию исключительно затем, чтобы, откушав с прочими делегатами на предшествовашем саммиту обеде и засвидетельсвовавав свое почтение Туску и Юнкеру, тут же отбыть назад в Мадрид, сославшись на неотложные дела.

Такой пируэт, впрочем, в Брюсселе ожидали: известно ведь, что слово «Косово» действует на испанского премьера как красная тряпка на быка: нежелательный пример для Каталонии!

Превращать же саммит в корриду у Туска и Юнкера охоты было еще меньше, чем у самого Рахоя. Ну вот и замечательно, что показался хоть на обеде, галочку поставим, а задерживать не будем.

На фоне не желающей спешить, но в целом вполне благодушно настроенной Ангелы Меркель; на фоне нескрываемо заинтересованного балканской «европерспективой» Себастьяна Курца (чем дальше от Австрии внешняя граница ЕС, тем лучше!); на фоне «хозяина» мероприятия, болгарского премьера Бойко Борисова (вполне счастливого хотя бы тем, что теперь-то Болгария уж точно перстанет быть беднейшим государством ЕС!), -

слова Макрона о неготовности Европы даже к частичному «поглощению» Балкан, были, возможно, самыми резкими из произнесенных на софийском саммите.

Хотя на самом деле президент Франции не был в своем мнении одинок. В более резкой и расширенной форме озвучил он то, о чем накануне саммита более осторожно и дипломатично высказывался и шеф Совета Европы Дональд Туск.

Впрочем, критикуя руководство ЕС, приступившее к «балканскому проекту», так и не предприняв жизненно важного для ЕС реформирования, Макрон дал понять, что в важности самого проекта нисколько не сомневается. Сказал он дословно вот что:

«Мне не хотелось бы видеть Балканы повернувшимися в сторону Турции и России, но не хотелось бы мне видеть и Европы, которая, с трудом функционируя сегодня как союз 28-ми, а завтра как 27-ми, решила, что может форсировать союз 30-ти или даже 32-х - при своих существующих законах».

То есть, не в том беда, что ЕС делает сегодня то, что должен бы сделать завтра, но в том, что не сделал необходимого вчера.

А то, что «освоение» Балкан - акция исключительно геополитического свойства, Макрон выразил самым что ни на есть прямым текстом. Хотя большой ли секрет, что

югославская война кончилась уж давно, а политические перспективы сердцевины полуострова до сих пор туманны. И, не «подбери» его ЕС, - сделает это кто-нибудь другой.

Известно даже, кто. Свято место пусто ведь не бывает.

Так что дело вовсе не в том, сильно ли ЕС нуждается в Балканах. Но в том, что для политической Европы важно, посулив балканским странам «европерспективу», поставить тем самым заслон турецкому и российскому влиянию в регионе. Главным образом, российскому: турецкое ощутимо лишь в Албании и Боснии-Герцеговине, зато российское, заметное во всех без исключения православных странах полуострова, временами проявляется вполне агрессивно: чего стоит хотя бы недавняя попытка госпереворота в Черногории.

Не говоря уж о «братской солидарности обиженных», с которой Кремль вот уж который год адресуется к Белграду - не без успеха у влиятельных в Сербии национал-реваншистских партий, надо сказать. Не говоря об активах Газпрома в сербской экономике; не говоря о серьезном массиве собственности этой компании на сербской территории; не говоря, наконец, о всем очевидных и не слишком изобретательных попытках президента Сербии Александра Вучича «играть на двух фортепианах».

Потому как Европа - это, конечно, хорошо: серьезные инвестиции и широкие горизонты - но ведь все только в будущем. А РФ - инвестор реальный. Стала им уже вчера, и намерена продолжать. Не говоря уж о щедрой моральной поддержке ограбленному и униженному сербскому народу.

Для севера Европы Балканы - почти Африка, но в центре и особенно в южной части Евросоюза никто не недооценивает влияния на судьбу континента этого, вроде бы, политически и экономически малозначащего его угла. Который в разные времена и в зависимости от ситуации именовали то «мягким подбрюшьем» Европы, то ее «пороховой бочкой».

Терактом в Сараеве открылась Первая Мировая война, в которую оказалась втянута вся Европа. И одной из повесток которой было, кстати, влияние на Балканах. Не утратила та повестка актуальности и в ходе следующей мировой войны. Хорошо известно, как изумлен был Сталин на Ялтинской конференции неожиданной щедростью союзников, не ставивших преград «отцу народов» в континентальной Восточной Европе. Правда, у «щедрости» той имелось жесткое условие: Греция (читай: половина Балкан) должна была остаться в британской сфере влияния.

В итоге победа антигитлеровской коалиции в 1945-м, принеся мир почти всей Европе, не принесла его Греции, где партизанские подразделения, финансируемые Москвой, несколько лет оказывали сопротивление контролировавшему страну британскому военному контингенту. И общеевропейской эйфории по поводу крушения коммунистической системы на Балканах тоже никто не почувствовал: до того ли было! Гражданская война в разваливавшейся Югославии стала самым крупным европейским вооруженным конфликтом после 1945 года. С последствиями, не вполне ликвидированными до сих пор.

Не диво, что тут же после победы Трампа на президентских выборах, когда по Европе, было, закружила бацилла паники, а кое-кто уже рассуждал о «новой Ялте», в итальянских газетах замелькали заголовки вроде:

«Чьи будут Балканы?» Безусловно, для Италии вопрос важный. Но, учитывая всю европейскую историю прошлого века, - для одной ли Италии?

А что по этому поводу думают граждане ЕС? По данным Eurostat, дальнейшее расширение Союза поддерживают 42% опрошенных. 47% его не хотят, а остальные 11% четкого мнения по этому вопросу не имеют. Для сравнения: перед вступлением в ЕС значительной части ЦВЕ и балтийских стран не имевших мнения было куда больше - 19%. Зато 46% обитателей «старой» Европы было настроено позитивно; негативно же - только 35%.

Причин не доверять Балканам у континентальной Европы множество. Брюссель это учитывает, и вовсе не намерен торопиться. Предполагаемое вступление обеих стран-кандидатов даже при самом оптимистическом развитии событий Еврокомиссия не планирует ранее 2025 года. С прочими же «партнерами» ясности и того меньше.

Но ведь не в этом главная забота Евросоюза сегодня! Его забота - «застолбить» регион. Чтобы вдруг, проснувшись одним прекрасным утром, не услыхать про «Балканынаш».

На эту, собственно, тему и был софийский саммит.

Читать также

НАВЕРХ