Идлиб: перемирие ненадежно, но шантаж не сработал

ФОТО: Reuters/ScanPix

На обсуждение выхода из кризиса в Идлибе у Путина и Эрдогана ушло ни много, ни мало шесть часов. К моменту кремлевской встречи 5 марта и тот, и другой получили неприятный сюрприз: "слить" в Евросоюз часть скопившихся в Турции экс-беженцев не удалось. А ведь именно этот "слив" фактически был важным, пусть и не афишируемым, консенсусом двух мастеров международного шантажа.

Позиции же по остальным вопросам рознились настолько, что перемирие вышло зыбким и едва ли долговременным.

"Султан" в поисках союзника 

(спойлер: напрасных)

Еще 29 февраля Эрдоган пригрозил, что, не окажи ЕС ему содействия в разрешении идлибского кризиса, он "не станет более препятствовать оттоку беженцев в Европу". Это темпераментное высказывание, хотя и не имевшее ровным счетом никакой почвы, мгновенно растиражировали медиа, пророча европейцам этакий "потоп во время чумы" - если, конечно, считать чумой эпидемию COVID-19 (что весьма полемично). И уж во всяком случае повторение миграционного кризиса пятилетней давности. 

Неужели кто-то всерьез решил, что ключ от ворот в ЕС - или хотя бы от калитки - лежит в кармане президента Турции?

Не берусь судить о мыслях и аналогиях, навестивших, было, головы политиков и обозревателей Европы. Зато убежден: на самом деле мы услыхали из Анкары вопль отчаяния, поспешно и не слишком старательно упакованный в обертку угрозы.

Поскольку именно в тот момент президент Турции сделал неприятное открытие: настоящих союзников у него нет. 

Но не он ли сам год за годом делал все возможное, чтобы их не стало? Пять лет Эрдоган, в обход ЕС и США, с которыми был - и формально остается - связан партнерством в НАТО, вел "независимую" игру с Кремлем.

Когда же на исходе февраля 2020-го конфликт интересов Москвы и Анкары в Идлибе подошел совсем уж близко к "точке невозврата", перспектива остаться один на один с "царем" вызвала у "султана" серьезное беспокойство.

На предмет Путина у Эрдогана иллюзий нет: сам ведь слеплен из того же теста. Такой же консерватор-великодержавник, играющий в популиста во внутренней политике и охотно применяющий шантаж - во внешней. Больше всего на свете боящийся показаться "слабаком", и видящий в своем президентстве чуть ли не миссию, данную свыше. Но при этом весьма оппортунистичный, коварный и в принципе недоговороспособный. Есть, правда, одно заметное различие, которое ни от кого не секрет: позиции президента Турции в его стране далеко не так прочны, как у его российского коллеги.

В отличие от России, Турция сохранила некоторые рудименты демократии. В виде, например, сильной парламентской оппозиции.

Мало того, именно оппозиционная Эрдогану партия правит в столичной Анкаре и 15-миллионном Стамбуле, где "султан" решительно непопулярен. При этом "железный" электорат партии Эрдогана, консервативная и шовинистично настроенная "глубинка", после гибели в Идлибе 33-х турецких солдат потребовала ответной акции, фактически приперев президента к стене.  Но начатая Турцией 27 февраля операция Весенний щит оказалась не слишком эффективной. И вполне рискованной для дальнейшего бесконфликтного взаимодействия с Россией.

Неудачами президента тут же воспользовалась оппозиция. Ее лидер Энгин Озкоч на парламентском заседании 4 марта обвинил "султана" в неуважении к погибшим. Результатом жарких прений стал вполне масштабный мордобой в благородном собрании. В Кремле, куда Эрдогана ждали наутро, были очень довольны.  

Параллельно еще в феврале "султан" делал попытки склонить на свою сторону в идлибском конфликте формальных союзников. Но ответ Йенса Столтенберга был коротким и ясным: НАТО - оборонительный союз, а военные действия идут не на турецкой территории. Да, безусловно, Североатлантический союз поддерживает противостояние Турции армии Асада, но лишь политически. 

В поддержке заверил и Пентагон, добавив, что запрос Турции о закупке систем ПВО Patriot "рассматривают" в Белом Доме. Рассмотрение, правда, длится чуть более года, и с тех пор Эрдоган уже успел приобрести у России зенитно-ракетные комплексы С-400 "Триумф".

Что, как мы понимаем, никак не ускорило решение администрации Трампа. Скорее, наоборот. Возвращаться в Сирию США не намерены. А с Ираном, как считает президент Трамп, Америка справится и так.

Не более удачной оказалась и попытка втащить в переговоры по Идлибу ЕС и США. Эту идею Эрдогана сходу отмел Путин, заявив о единственно приемлемом для российской стороны "продолжении Сочинского формата". То есть, о непременном участии недружественного Турции Ирана.

Единственной дверью, куда Эрдоган еще мог постучать, оставался либеральный ЕС. Но "султан" не просто постучал - он принялся неистово колотить. Ясно, что в состоянии паники люди склонны к иррациональным действиям. А тут еще и имидж strongman'a, который любой ценой держи, покоя не давал.   

"Слабаки" из ЕС, однако, на истерику турецкого правителя не поддались. В Москве Эрдоган оказался с Путиным один на один. Как говорится, за что боролся... 

Значит, выиграл Путин? 

(спойлер: да, но в краткосрочной перспективе)

Фундаментальный консенсус между сторонами единственный - обоюдное нежелание открытого военного конфликта. Русско-турецкие войны и прежде-то шли с весьма переменным успехом для обеих сторон; конфликт же двух наследниц империй - автоматически конфликт Кремля с НАТО. Кроме того, военные действия в Сирии непопулярны даже у "железного" путинского электората. Точно также и в Турции перспектива войны с Россией не увлекает никого. Хотя за последние годы отношение к России в Турции заметно ухудшилось.

Выведя все это за скобки, имеем одни лишь сирийские амбиции обоих авторитарных лидеров, в которых ни один из них на заметные уступки идти не согласен. Ввиду чего оба обречены на сколь угодно долгое соперничество, черту которому, очень возможно, подведет лишь падение режима Путина. Или Эрдогана.

Как заметил российский публицист Константин Эггерт, "Москва не может доверять туркам, но и не может от них избавиться". Но ведь и с Анкарой та же история!

Это взаимное недоверие очередной раз подтвердилось в самый канун переговоров. Ранним утром 5 марта турецкие беспилотники обстреляли подразделения Асада, отправив в лучший из миров 21 солдата, уничтожив две артиллерийских установки и две ракетных системы залпового огня. Москва же за шесть дней обтяпала 12 авиарейсов к российской военной базе Хмейним, а главное - выслала к берегам Сирии пять военных кораблей. На всякий случай.

"Султан" ведь, в отличие от "царя", персона импульсивная и вспыльчивая. Закрытие же Турцией акватории Босфора для российского ВМФ - страшный сон Кремля, для которого база в Сирии означает не только присутствие на Ближнем Востоке, но и выход в Средиземное море.

Этот свой единственный стратегический козырь Эрдоган пока придерживает.

Не затем ли, чтобы он и дальше его придерживал, Путин дал коллеге возможность завершить переговоры без очень уж видимой потери лица? 

По всем же реальным позициям исход переговоров для Эрдогана стал весьма незавидным. Зона деэскалации (в терминологии Сочинского соглашения 2018 года - буферная), прилегающая к турецкой границе, ужалась почти вдвое. Право отвечать на удары со стороны Асада за Турцией осталось - но только при условии координации с Россией. Обе стороны договорились о прекращении огня с 00.00 6 марта, и этот пункт соглашения пока выполняется.

Но как долго будет? Где гарантия, что огня по турецким позициям не откроет по своему усмотрению армия Асада? Или засевшие в Идлибе группировки джихадистов - как по турецким, так и по российским? Никто же из всей этой братии ни с кем никаких соглашений не подписывал. 

Перемирие в Идлибе слишком хрупкое, оно может нарушиться в любой момент.

Эрдогана в Кремле, безусловно, "дожали", но можно ли считать столь ненадежную передышку - пусть даже и на российских условиях - победой Путина?  

Мигранты 2015-го и 2020-го: Орбан все-таки был прав? 

(спойлер: не во всем. Но Меркель - определенно неправа) 

И совсем уж не обрадовал Путина срыв акции Эрдогана по устрашению Европы. Ясно, что специальной цели подыграть противнику "султан" не ставил, имея в том свой эгоистичный интерес. Но очередной миграционный кризис, дестабилизирующий ЕС, был бы Кремлю определенно на руку.

Но на сей раз Европа оказалась монолитной, как скала.

"Это уже не проблема беженцев. Это вопиющая попытка Турции использовать отчаявшихся людей для продвижения собственной политической повестки и отвлечения внимания от ужасной ситуации в Идлибе", - заявил премьер Греции Кириакос Мицотакис.

И на всем "евроолимпе" не нашлось никого, кто с ним бы не согласился.

Не говоря уж о лидерах и шефах дипломатий национальных правительств.

И дело тут не только в подлости Эрдогана - кстати, вскоре отдавшего распоряжение не впускать назад в Турцию толпы, скопившиеся на нейтральной полосе между ее границей и юго-восточными рубежами ЕС. Дело главным образом в том, что люди, штурмующие уже целую неделю границу Греции, попали туда вовсе не из Идлиба. 

Несчастным сирийцам, запертым в Идлибе, и готовым бежать оттуда в любом направлении, Эрдоган дверей не отворяет. Те же, кого доставили к КПП Кастания/Эурос его эмиссары и предприимчивые частные перевозчики, военными беженцами не являются. 

Ясно, что кое-кто из них когда-то таковым и был. Но с того самого момента, как все эти люди ступили на землю безопасной Турции, они и юридически, и фактически превратились в мигрантов.

Теперь эта толпа, в которой сирийцев не более трети (остальные - афганцы, пакистанцы, эритрейцы и арабы из Магриба) пытаются нелегально прорваться в Европу, которая принимать их совершенно не обязана. Режут проволоку, швыряют камни, жгут всякую дрянь, истошно вопят, бросаются на греческих пограничников, - в общем, всеми им известными способами силятся заставить европейцев проявить гостеприимство, гуманизм и эмпатию. 

И правда, как смеем такие гуманные мы не сострадать толпе, демонстрирующей совершенное презрение к европейским законам и нормам поведения, еще не попав в ЕС?!

При этом находящиеся неподалеку КПП турецко-болгарской границы "беженцы" практически не побеспокоили. По причине циркулирующей среди них молвы о брутальности болгарских стражей границы. В тех ребят действительно камнями не покидаешь:  ответ будет таким, что слезоточивый газ (время от времени применяемый в эти дни греками) покажется сладкой грезой. Да и кому охота попасть в беднейшую страну ЕС, где стандарты жизни заметно пониже, чем в оставленных позади турецких метрополиях?  

Третьего марта триумвират лидеров Евроинституций - Урсула фон дер Ляйен, Шарль Мишель и Дэвид Сассоли - в компании премьеров Греции, Хорватии и Болгарии - совершили объезд юго-восточных рубежей ЕС. Одной только Греции теперь обещано 700 млн евро на охрану сухопутной и морской границ. Не останутся без внимания ни Болгария, ни Кипр. 

"Те, кто намерены испытать Европу на единство, будут разочарованы", - подытожила экстренный вояж глава Еврокомиссии. Вспоминая внутриевропейскую разноголосицу по иммигрантскому вопросу 2015-16 годов, таким словам впору восхититься.

Хотя и в ироничных комментариях нет недостатка. К примеру, вполне респектабельно-либеральный венский Die Presse опубликовал текст под провоцирующим титулом "Прав был Орбан". На стопроцентной правоте ретивого премьера, выстроившего в 2015 году стену на южной границе венгерского государства, автор, впрочем, не настаивал. Однако убедительно показал, чья позиция оказалась ближе к реальности в тогдашем споре между прекраснодушной Меркель и "негуманным" хардлайнером из Будапешта. 

С тех пор политическая Европа усвоила как минимум три урока:

  1. Попытки навязать мигрантов не желающим их странам не работают;
  2. Миграционный кризис 2015 года привел к серьезному расколу внутри ЕС. Как и к росту правого национал-популизма - и на востоке,  и на западе;   
  3. Отсутствие единой и солидарной миграционной политики неминуемо ведет к хаосу, экзистенциально опасному для Евросоюза.

Похоже, эпоха повального взаимного шантажа и сведения политических счетов внутри ЕС - с мигрантами в роли главной карты - стала достоянием истории. И теперь, когда эту же самую карту разыгрывает Эрдоган, Европа вполне готова солидарно ему ответить. (Ложь "султана" о якобы не поступавших из ЕС деньгах на содержание беженских лагерей в Турции - вопрос отдельный; любопытствующих охотно отошлю к "финансовому отчету").

6 марта на неофициальной встрече министров иностранных дел всех стран ЕС в Загребе была принята декларация, с которой Эрдогана, безусловно, ознакомят во время его визита в Совет Европы, назначенного на ближайший понедельник. Если этого не успел сделать МИД Турции.

И нет оснований думать, что в Брюсселе "султан" окажется более удачливым, чем в Москве.           

НАВЕРХ