Инструкция по смесителю для писсуара? Суд возмущен "материалами" по трагедии в Золитуде

ФОТО: Ieva Lūka/LETA

​В уголовном деле о золитудской трагедии манипулировали доказательствами, а несколько человек были признаны потерпевшими незаконно, следует из дополнительного решения суда о работе прокуратуры по этому делу, опубликованного на портале tiesas.lv.

Оценивая деятельность прокуроров Каспара Цакула, Екатерины Кушаковой и Агриса Скрадайлиса в досудебном производстве по уголовному делу, качество дела при передаче его в суд и работу во время судебного разбирательства, Пардаугавский суд города Риги признал, что есть основания обратить внимание генерального прокурора на выявленные судом недостатки и несоблюдение норм закона, что существенно затруднило рассмотрение дела.

Суд пришел к выводу, что прокуратура также включила в уголовное дело материалы, которые не имеют отношения к рассматриваемому преступлению и не использовались в качестве доказательств.

По мнению суда, нет оснований для включения в список вещественных доказательств и документов по уголовному делу таких объемных документов, папок с документами и носителей информации, которые охватывают несколько тысяч документов. Их поместили в бесчисленное количество ящиков, но прокуратура не проанализировала их и не упомянула в обвинительном заключении.

Суд отмечает, что эти вещественные доказательства и документы должны были быть исследованы обвиняемыми, их защитниками и судом, что потребовало человеческих ресурсов, времени и неоправданных расходов.

В то же время нет логического объяснения тому, почему во время обыска были изъяты такие документы, как инструкция по эксплуатации смесителя для писсуара, различные инструкции, схемы установки раковины, брошюра Citadele banka "Кредитное предложение банка Citadele" и многие другие аналогичные материалы, которые явно не имеют никакого отношения к предмету доказывания в данном уголовном производстве, заключил суд.

Это свидетельствует о том, что практически все, что когда-либо было обнаружено у обвиняемых, было приобщено к делу, таким образом, в результате такого формального действия искусственно увеличились объемы уголовного дела, вещественных доказательств и документов, что не способствовало ускорению производства, считает суд.

Одно только сокращенное постановление суда состоит из 849 страниц, из которых 560 страниц, или большая часть постановления, состоят только из перечисленных материальных доказательств и документов.

Эти факты привели к тому, что у суда возникли разумные сомнения в том, что прокуроры, предъявляющие обвинение, сами знают, что есть в большом деле, которое было передано в суд.

Эти сомнения усиливает тот факт, что ящики с вещественными доказательствами и документами, полученные судом из прокуратуры, были опечатаны лентами Государственной полиции, что указывает на то, что прокуратура вряд ли открыла ящики и ознакомилась с их содержимым до передачи дела в суд.

Таким образом, наличие этих документов в деле заставляет суд усомниться в профессионализме государственных обвинителей, а также в серьезном отношении к своим служебным обязанностям в таком социальном и важном уголовном процессе.

Суду не известны причины таких действий, но суд признает, что они могли быть разными - нежелание или неспособность вдаваться в обстоятельства дела, широкий общественный резонанс по делу и давление с целью ускорения передачи дела в суд и так далее.

Более того, такую ​​деятельность прокуратуры следует расценивать как неуважение как к суду, так и к другим участникам процесса.

Суд отмечает, что представленные в суд материалы уголовного дела должны содержать доказательства, которыми обвинители гособвинения будут доказывать сделанные предположения о виновности обвиняемых. Кроме того, решающим фактором в процессе доказывания является качество доказательств, представленных в суд, а не количество материала.

Оценивая материалы дела, суд пришел к выводу, что они также содержат несколько документов на иностранных языках, которые не сопровождаются переводом на государственный язык.

Оценивая материалы дела и нормативно-правовую базу, суд констатировал в своем решении, что на досудебном производстве решения о признании нескольких лиц потерпевшими были приняты незаконно, но Уголовно-процессуальный закон не предоставил суду процессуальных прав или средств для отмены таких решений.

В результате принятия незаконных решений лица могли участвовать в уголовном процессе в качестве потерпевших с соответствующими процессуальными правами, требуя компенсации за причиненный им ущерб, на который они не имеют права по закону в рамках этого разбирательства.

Участие таких лиц в уголовном процессе привело к ненужным расходам государственного бюджета, и у них появились ложные надежды на компенсацию.

Следовательно, прокуратуре необходимо оценить ситуацию и принять соответствующие меры для ее предотвращения в дальнейшем.

Прокуратура в опубликованном на этой неделе пресс-релизе сообщила, что прокуроры, ознакомившись с объемным приговором и мотивацией суда, в настоящее время готовят апелляцию на все части приговора, в которых прокуратура категорически возражает против оценки суда.

Дело о золитудской трагедии:

  • При обрушении магазина Maxima в Золитуде 21 ноября 2013 года погибли 54 человека, еще несколько десятков получили тяжелые травмы.
  • Уголовное дело о золитудской трагедии расследовала Государственная полиция, которая после сбора доказательств передала его в прокуратуру для возбуждения уголовного дела.
  • Пардаугавский суд Риги приговорил к заключению только одного обвиняемого - инженера-строителя Ивара Сергетса, который должен провести в тюрьме шесть лет. Прокуратура требовала для Сергетса наказания в виде лишения свободы на семь лет и шесть месяцев.
  • Суд по всем пунктам обвинения оправдал строительного эксперта Андриса Гулбиса, архитектора Андриса Калинку, а также признал невиновными строительного надзирателя Мартиньша Драудиньша и руководителя строительных работ предприятия Re&Re Станислава Кумпиньша. Оправданы были также эксперт отдела строительного надзора Рижского строительного управления Марика Трейя, замначальника строительной инспекции Айя Мельникова и заместитель начальника строительной инспекции Янис Балодис. Невиновной признана и старший эксперт по охране труда предприятия Maxima Latvija Инна Шуваева.

НАВЕРХ
Back