В этом году латвийское кино переживает период небывалого расцвета: в юбилейную программу к столетию Латвии вошли 16 фильмов, многие из которых приятно поразили публику. О том, что ждет латвийское кино после "похмелья" рассуждает режиссер Давис Симанис, чей фильм "Отец. Ночь" имеет шансы стать главным кинособытием этой осени.  

- Столетний юбилей Латвия отмечает выходом на экраны множества качественных фильмов. Каким вы видите развитие нашего кино в будущем?

- Понятно, что латвийское кино сегодня достигло высшей точки, и даже если будет небольшое "похмелье" после "пиров юбилейного кино", мне кажется, наша кинополитика была достаточно успешной, чтобы объем фильмов стремительно не иссяк. 

Благодаря программе к столетию Латвии наши киномастера - режиссеры, сценаристы, операторы, художники - получили возможность активно работать, самореализоваться. Надеюсь, в следующие годы хотя число фильмов и снизится, наше кино не вернется к ситуации, которая была раньше. К той ситуации, когда малое количество фильмов не могло обеспечить людям самореализацию, и их качество от этого страдало. 

Нельзя ожидать, что два полнометражных фильма, которые обычно за год снимаются в Латвии, непременно будут качественными. Тут уместна отсылка к одному высказыванию Сталина. Он спросил, сколько фильмов снимается в СССР в течение года и сколько из них хорошие. Ему сказали: снимаются 30 фильмов, а хорошие из них пять. Тогда Сталин ответил: "Ну так будем снимать только пять". 

Конечно, это была бы для Латвии желанная ситуации, но нам, к сожалению, приходится быть тестовой территорией, где профессионалы свои навыки могут усовершенствовать, только регулярно работая. Но нельзя ждать, что каждый фильм удастся, станет фестивальным фаворитом и соберет большую аудиторию.

- Как изменилась ситуация в этом году?

- Латвийское кино в первое десятилетие 2000-х было стагнирующим, не было четких перспектив развития, люди уходили из киноиндустрии. Снижалось и качество фильмов. В последние годы тенденция обратная: не назову это новой волной, но сегодня 30-летние режиссеры приносят в кино новые веяния. И, возможно, в результате у нас появятся пять успешных фильмов каждый год.  

Кадр из фильма "Отец. Ночь"

ФОТО: kadrs no filmas

- Насколько важна для кинематографистов поддержка государства?

- Поддерка государства в стране, где жителей меньше четырех миллионов, единственный способ выживания для кино. И тут всегда будет дилемма - что именно государство поддерживает? Кино как форму искусства, развивая способы художественного выражения, или кино, которое проповедует идеалы государства, или кино как развлечение, стараясь привлечь в залы по возможности максимально широкую аудиторию. 

На мой взгляд, поддержка государственной идеологии ведет к регрессии, поскольку задает авторам определенные рамки, свойственные политическим дискурсам момента.

В Латвии программа госфинансирования старается балансировать между двумя оставшимися вариантами - есть фильмы, привлекающие широкую аудиторию, и фильмы высокохудожественные... Если фильм качественный, ты уже можешь гордиться тем, что он создан в том государстве, где ты живешь. 

- Каков был ваш путь к кино?

- Я связан с кино уже длительное время. Главным фактором, побудившим меня обратиться к созданию фильмов, были мои родители, работавшие в кино. Поэтому я очень рано попал на съемочную площадку и привык там находиться. В какой-то момент понимаешь, что язык кино для тебя становится понятным и ты можешь его использовать. Я согласен с совсем не оригинальной мыслью, что кино - это привелегированный вид мышления, который создает образы, позволяя донести довольно сложный мэссидж в доступной для людей форме. Если есть ощущение, что можешь это делать, тогда в какой-то момент понимаешь, что создание фильмов - твое призвание...

Мои интересы связаны с исторической спецификой кино. Любая современная ситуация соотносится с событиями прошлого. Возможно, не прямо, но всегда можно найти прямые или скрытые отсылки. Углубленный интерес к истории помогает мне разрабатывать сюжеты фильмов, думать о том, как мы соотносимся с прошлым с помощью кино. 

- Как родилась идея снять фильм "Отец. Ночь"?

- Мне показалось важным рассказать зрителям о героизме Жаниса Липке и его семьи и одновременно затронуть тему одной из величайших катастроф человечества - холокоста. Почему я выбрал именно Липке?

Любого режиссера интересуют сложные и интересные герои, а Липке именно такой. В то же время он - уникальный человек, живший в 20 веке в Латвии. Человечность в нем соседствовала с азартом, стремление к безопасности - со способностью принести в жертву безопасность своей семьи ради спасения евреев во время Второй мировой. Меня привлекло в нем сочетание противоречивых качеств. Необъяснимое тебя привлекает как магнит. 

Трейлер фильма

- Почему для вас важно было рассказать о Жанисе Липке?

- Липке был человеком, готовым принять радикальные решения в критический момент - наверняка другие люди такие решения на его месте бы не приняли.

Мы живем в эпоху, когда очень легко переступить моральные рубежи, в то же время людей, способных на гуманистические поступки, готовых проявить человечность в ее высшей форме не хватает.

Липке - пример, который напоминает нам о той исторической ситуации. После холокоста мы задаемся вопросом - если бы что-то подобное произошло в наши дни, были бы мы готовы действовать? Липке действовал во имя спасения людей, не думая, как это выглядит со стороны.

Сегодня же многие действуют исходя из того, как их воспримут и оценят другие, как они выглядят со стороны. 

Понятно, что Липке никаких социальных ролей не играл, он был героем, который сам не осознавал, что его поступки можно оценить как геройство. Он просто действовал, для него это был естественный инстинкт - продолжение человечных решений. И это была одна из причин снять фильм, ведь одна из его тем - это неосознанный героизм.

Сегодня же, например, лидеры политических партий в социальных сетях пишут громкие фразы и пытаются предстать героями, но не способны подкрепить слова делами. Липке им прямая противоположность. Он - недостижимый образец для современного человека.