Журналист Катерина Гордеева: "Я никого в Латвии обидеть не хотела"
Эксклюзивное интервью

На обложке - соавторы книги Катерина Гордеева и Чулпан Хаматова

ФОТО: Рекламные материалы

Среди декабрьских книжных новинок одна стоит особняком - книга актрисы Чулпан Хаматовой и журналиста Катерины Гордеевой "Время колоть лед". Книга о поколении сорокалетних, об их замороженных надеждах и ожидании перемен. И не просто об ожидании - а о действиях, которые неравнодушные люди предпринимают, чтобы эти перемены произошли. В основу книги легли беседы двух подруг, которых связала работа в благотворительном фонде "Подари жизнь". Часть этих бесед была записана в Латвии, где Катерина Гордеева сейчас живет с семьей, а Чулпан Хаматова репетирует роль в спектакле Алвиса Херманиса. О том, как сегодня "растопить лед" с помощью добрых дел, Катерина Гордеева рассказала в интервью Русскому TVNET.

Зрители, следящие за тем, что происходит в России, знают журналиста и документалиста Катерину Гордееву по репортажам на канале НТВ, документальным фильмам "Победить рак", "Голоса", "Измени одну жизнь", "Как Серебренников потратил 218 миллионов". А рижане - еще и по "Открытой лекции" - образовательному проекту, в рамках которого в Риге побывали Александр Сокуров, Борис Акунин, Юрий Нортшейн, Ксения Раппопорт, Людмила Улицкая.

Увы, этот проект был закрыт из-за финансовой нерентабельности - жители Риги оказались не готовы платить за встречи с выдающимися людьми. 

Сегодня Катерина является попечителем российских благотворительных фондов "Подари жизнь" и "МойМио" и Фонда помощи хосписам ВЕРА, членом правления детского хосписа "Дом с маяком". И утверждает, что хотела бы посотрудничать с латвийскими благотворительными фондами.

Правда, недавно в интервью на Радио Baltkom она заявила, что таких фондов в нашей стране не нашла. Эта фраза вызвала резонанс в латвийских СМИ, в частности, ведущие благотворительной радиопередачи "Зеленая лампа" опубликовали в ответ большую статью, где говорится, что благотворительные фонды в Латвии есть, и их немало.  

Чулпан Хаматова

ФОТО: ITAR-TASS/ScanPix

Но вернемся к книге "Время колоть лед". Фонд “Подари жизнь”, помогающий детям с онкологическими заболеваниями, и разные пути, которыми подруги пришли к нему - центральная ее тема. Но есть и другие: Чулпан и Катерина рассуждают о том, каким было телевидение девяностых и почему оно кончилось, вспоминают о том, чем жил и дышал театр начала двухтысячных и почему теперь это стало опасным. Говорят о процессе Кирилла Серебренникова и о травле, которую устроили Чулпан в России после слов в поддержку Путина. Вспоминают известных людей, сыгравших свою роль в их судьбе. И просто делятся переживаниями о своем, о девичьем - о семье, детях, путешествиях.  

Ключевую фразу, давшую название книги произносит Чулпан Хаматова: "Мы живем в эпоху замороженных надежд и как будто остановившегося для любых прогрессивных перемен времени; надежды, что это переменится, конечно, мало.

Но это отнюдь не значит, Катя, что надо опустить руки и ничего не делать, позволив льду подобраться к нам, дать себя парализовать... Нельзя останавливаться, надо пытаться сделать всё, что мы пока еще можем: не тает лед - значит колоть! Не весь. Ну хоть вокруг себя...". 

Русский TVNET расспросил Катерину Гордееву о том, как ей и ее единомышленникам удается менять общество с помощью добрых дел. Журналист согласилась ответить письменно. 

- Катерина, почему вам было важно рассказать в вашей книге и о Чулпан, и о себе - выступить на равных?

- Мы изначально так решили: это будет диалог. Нам с Чулпан не очень было интересно делать стандарнтую биографическую книгу или книгу-интервью. К тому же эта книжка - это попытка рассказать не только о Чулпан Хамтовой - народной артистке. И не только о фонде "Подари жизнь". И не только о благотворительности. И не только о телевидении. Хотя обо всем этом, разумеется, в книжке есть. Но мы хотели, чтобы портрет - и наш, и поколения - был объемным. Поэтому в самом начале решили, что будем вдвоем рассказывать историю поколения.

Мы дружим, у нас много общего, но какие-то вещи мы воспринимаем совершенно по-разному, а какие-то и помним совсем по-разному! И это тоже дает объем.

Кое-где, конечно, мне приходилось "включать" журналиста. Такие моменты больше похожи на интервью. Есть и прозаические куски. Но это все, как мне кажется, работает на результат: помогает поточнее рассказать о времени и о нас в нем. И главное - о фонде "Подари жизнь".

ФОТО: CatherinaGordeeva/ facebook

- В процессе написания книги вы узнали о Чулпан что-то новое, неожиданное? Может быть, она чем-то вас удивила?

- Она удивила меня своим ответственным отношением и тем, что она воспринимала книгу как способ сказать спасибо огромному количеству людей, которые помогали и помогают фонду все это время. И я ее все время останавливала: это же не скрижали благодарности, это - книга. В итоге мы все время говорим о том, что если кто-то будет не слишком доволен - то это ко мне.

- Как бы вы описали свехзадачу книги? Что побудило вас за нее взяться?

- Нам было важно рассказать свою историю такой, какой мы ее запомнили, какой она с нами действительно происходила. Нам было важно рассказать ее именно сейчас, потому что уже довольно много людей пытаются пересказать то, что мы видели своими глазами, на свой лад. Ну вот, может, эта книга - для детей наших, для истории: вот как было на самом деле. Чтобы потом не было разночтений.

- Можно ли назвать вашу книгу манифестом поколения сорокалетних в России? 

- Определенной его части - конечно, да. Мы с Чулпан приехали в Москву из провинции. Не за "бабками", а за реализацией своей мечты: о профессии, о служении делу, о родине, какой она могла бы быть, о какой мы грезили. Мы делали все возможное, не слишком выходя, правда, во внешний мир, за рамки профессии.

Возможно, в моей профессии я как раз чаще Чулпан видела, что творится вокруг и как на самом деле живут люди. Но с болезнью, больницей и невозможностью спастись, хотя вроде бы все спасительные средства уже изобретены, - Чулпан столкнулась первой.

И дальше мы стали пытаться эту несправедливость исправить всеми силами, которые у нас были. Из таких, как мы, состоит новое гражданское общество в России. Это люди, которые 10-15 лет назад стояли у истоков крупных российских благотворительных фондов. Теперь это сеть, живая человеческая сеть, способная не упустить человека, попавшего в беду. А еще мы изо всех сил меняем государство. Вы не поверите, но со скрипом, но оно меняется.

- В аннотации к книге о вашем поколении написано "коротко счастливое"... Вы в современной России находите хоть в чем-то основания для оптимизма, если говорить не только о благотворительности?

- В целом в мире, не только в России, люди стали жить лучше. Нет крупных войн, эпидемий, масштабных стихийных бедствий. Строго говоря, так хорошо, как сейчас, человечество вообще никогда не жило. Мне кажется, этот наш шанс мало кто понимает и мало кто ценит. Но это повод не только для оптимизма. Но и для того, чтобы оглядеться по сторонам, понять, как мы можем с пользой использовать эту передышку.

- На радио Baltkom вы недавно посетовали, что в Латвии нет благотворительных фондов и сотрудничать вам здесь не с кем... Ваше мнение на этот счет не изменилось? Может, кто-то из представителей наших фондов обращался к вам с предложениями о сотрудничестве?

- Я не сетовала. У меня нет права сетовать на что бы то ни было в Латвии. Я говорила о том, что я бы очень хотела помогать какому-то латвийскому благотворительному фонду: возможно, пригодились бы мой опыт, знания и какие-то возможности.

Наколько я знаю, было много тех, кто обиделся. Это грустно, поскольку никого я обидеть не хотела.

Со мной встречались несколько человек: замечательные, открытые люди, делающие добрые дела и стремящиеся делать их больше и лучше. Но это были, скорее, неформальные объединения неравнодушных людей, но не благотворительные фонды.

Все же фонд подразумевает определенную инфраструктуру и системную работу: понимание проблемы, знание рычагов, с помощью которых проблему можно решить, умение взаимодействовать с этими рычагами. Как бы то ни было, мы встречались, и я буду стараться помогать этим людям в их замечательном и благородном деле.

- Вы с семьей живете в Латвии. Следите ли за тем, что происходит здесь? Если да, какие эмоции это вызывает?

- Нам нравится жить в Латвии. Мы благодарны этой стране. У старших детей чудесная школа, у младших - садик. У всех куча отличных секций. Все удобно и рядом. За какими-то историями я слежу, за какими-то не успеваю. Но я не считаю себя вправе что бы то ни было комментировать. Мы тут в гостях. И знаете поговорку про чужой монастырь? Вот примерно так я думаю всякий раз, когда возникает искушение что-то прокомментировать.

НАВЕРХ