Голодовка и "Может ли женщина стать президентом России?"

ФОТО: EP/Scanpix

Журналист Ирина Шихман считает, что "в России патриархальное общество", и в связи с этим задает оппозиционной активистке вопрос: "Может ли когда-нибудь пост президента России занять женщина?". "Почему нет?" - отвечает Соболь.

"Почему наши мужчины не могут пойти и проголосовать за женщину? Я сейчас смотрю на Боливию - там во главе государства стоит женщина. И вообще мне не нравится разделение на "женщина-политик" и "мужчина-политик" - все мы люди. Например, до выборов в Московскую городскую думу не допускали не только меня, но и мужчин. В спецприемнике задержали и Дмитрия Гудкова (российского политика и общественного деятеля), держали в спецприемнике и Ивана Жданова (юриста, директора Фонда борьбы с коррупцией). Вне зависимости от того, мужчины мы или женщины, нас всех, независимых кандидатов, держали под арестом, применяли штрафы огромные - мне, например, на 1 миллион рублей (более 14 тыс. евро). 

16 июля юристу Фонда борьбы с коррупцией (ФБК) Любови Соболь, муниципальным депутатам района Зюзино и Тимирязевского района Константину Янкаускасу и Юлии Галяминой, а также директору ФБК Ивану Жданову и экс-депутату Госдумы Дмитрию Гудкову отказали в регистрации в качестве кандидатов в депутаты на предстоящих выборах в Мосгордуму.

Официальная причина

- превышение допустимого количества забракованных подписей, установленного на уровне в 10 процентов.

В качестве протеста против недопуска к выборам Любовь Соболь объявила голодовку. Позже в знак солидарности к ней присоединился тренер сборщиков подписей Алексей Миняйло, который находился под арестом по "московскому делу". Решение о прекращении голодовки Соболь приняла по просьбе матери Миняйло.

Об ощущениях во время голодовки юрист Фонда борьбы с коррупцией рассказала следующее: 

"Когда я начала выходить из голодовки - по чуть-чуть, - у меня была маленькая бутылочка сока, я ее разделяла на четыре приема. Когда я начала это делать, я поняла, что совершенно по-другому стала себя чувствовать, я стала улыбаться, мне стала нравиться жизнь, прошла какая-то ужасная депрессия, я стала чувствовать вкус жизни, который до этого не чувствовала.

Пока я находилась в голодовке, я ощущала, что что-то не так. Но когда начала из нее выходить, я поняла, что была в каком-то эмоциональном, психологическом коконе.

Самым тяжелым был третий-четвертый день, когда организм не перестроился еще. Мама привезла с дачи ребенка, она ко мне заходит, а я не могу встать - я лежу.

Потом я разговаривала со своим коллегой, который голодал около двух недель, и он мне сказал, что этот период пройдет и организм привыкнет. Как я поняла, организм перестраивается, вся иммунная система перезапускается, и даже мозг начинает на другой "пище" работать".  

НАВЕРХ