Каждый год сотни тысяч людей в Латвии страдают от проблем с психическим здоровьем, однако в обществе до сих пор преобладают предрассудки (стигма), из-за чего многие не обращаются к специалистам.  

Портал Apollo продолжает проект "Как твои дела на самом деле?", цель которого при помощи разговоров как со специалистами в данной сфере, так и просто с известными в обществе людьми, столкнувшимися с подобными проблемами, образовывать население в вопросах психического здоровья.

В рамках проекта психиатр Никита Безбородов рассказал о психическом здоровье детей и подростков, чем эта возрастная группа отличается от взрослых и о том, как родители и окружающие могут помочь пережить им этот тяжелый период. 

Данных о ситуации в Латвии нет 

Доктор Безбородов отмечает, что различия между детьми, молодежью и другими возрастными группами - это очень "трудный вопрос", поскольку в Латвии статистика по психическому здоровью практически недоступна. Последние данные в реестре Центра профилактики и контроля заболеваний за 2017 год, "однако следует понимать, что они не отражают реальную ситуацию, так как большинство учреждений не предоставляют никаких сведений", поэтому руководствоваться ими психиатр не рекомендует. А вот данные о финансировании психиатрической помощи государством доступны, но только для Национальной службы здравоохранения, а не для общественности.

"Мы можем опираться на данные, которые доступны в других странах, ибо нет оснований полагать, что мы чем-либо сильно отличаемся от остальных народов Европы. Мы также можем сделать косвенные выводы о психическом здоровье, например, в Латвии регулярно - раз в четыре года - проводится международное исследование HBSC (Health Behavior in School-aged Children; "Поведение детей школьного возраста в отношении здоровья".  - Прим. ред.). В прошлый раз оно включало инструмент скрининга психоэмоционального здоровья, об эмоциональных и поведенческих расстройствах. Это не диагностический инструмент, но немного показывает, насколько распространены эти проблемы.

Если руководствоваться мировыми данными, то можно заметить, что среди молодежи очень распространены проблемы с психическим здоровьем.

Начиная со школьного возраста по крайней мере у одного ребенка из десяти есть какие-либо психологические трудности", - говорит психиатр.

Каждый пятый ребенок сталкивается с определенными сложностями, которые мешают ему в повседневной жизни, а у каждого десятого эти трудности настолько выражены, что можно говорить о диагнозе.

К подростковым проблемам добавляются взрослые

Проблемы психического здоровья подростков осложняются еще и тем, что в этот период не только продолжаются расстройства, характерные для детей, но и начинаются те, которые чаще встречаются уже у взрослых.

"В подростковом возрасте эти проблемы являются очень комплексными, так как сложности, которые начались уже в детстве - дефицит внимания и гиперактивность, расстройства аутистического спектра, дислексия и тому подобное - продолжаются, но начинаются и нарушения психического здоровья, характерные для взрослых - спектр тревожности, расстройство настроения, первичный психоз, зависимости. Этот возраст является одним из самых важных с точки зрения развития, и [в это время] существуют самые большие риски", - говорит специалист. Эти расстройства очень распространены и в Латвии.

"Даже на основании данных HBSC мы можем сделать вывод, что у нас эти проблемы более распространены, чем в других европейских странах", - говорит психиатр.

Доктор Безбородов объясняет, что психологические расстройства можно разделить на несколько групп - расстройства нервной системы, например, интеллектуальные нарушения или расстройства аутистического спектра, а также дистресс. Некоторые люди интернализируют дистресс, или направляют внутрь, в результате чего могут возникнуть эмоциональные расстройства - тревожность, соматизация, расстройства настроения и тому подобное, в то время как у тех, кто экстернализует, или направляет наружу, дистресс, могут развиться поведенческие расстройства, проблемы с употреблением всевозможных веществ.

Почему психологические проблемы наиболее распространены именно в подростковом возрасте?

Психиатр рассказывает, что, например, депрессия у детей до пубертатного возраста встречается относительно редко - примерно у 2%, согласно мировой статистике. В свою очередь, перепады настроения, характерные для подростков, стремительно перерастают в расстройства, типичные для взрослых, достигая 8-10%.

"Это связано с рядом факторов, например, с тем, как менялся наш мозг. Те части мозга, которые в ходе эволюции развивались быстрее, также формируются быстрее в нашем индивидуальном процессе развития. Когда ребенок рождается, части мозга, которые у нас общие с рептилиями, уже развиты. Они отвечают за дыхание, регуляцию сердечного ритма, все основные функции выживания.

Другие части мозга еще не полностью созрели. Когда ребенок достигает пубертатного возраста, начинается гормональное созревание. У нас есть такая железа в мозге - гипофиз - она начинает выделять гормоны, которые стимулируют половые железы, [и начинается] пубертат. Гипофиз - часть системы коры головного мозга, называемая лимбической системой. Это та часть мозга, которая у нас одинаковая со всеми млекопитающими - собаками, кошками, обезьянами. Многое из того, что делает лимбическая система, связано с эмоциями, аффектами, страхами, тревогами, сексуальными и агрессивными побуждениями.

Когда начинают выделяться половые гормоны - это сигнал о том, что лимбическая система уже созрела. В последнюю очередь развивается лобная доля, и процесс ее формирования продолжается до 25-26 лет. Эта часть мозга связана с самоконтролем, саморегуляцией, осознанным торможением различных импульсов (как двигательных, так и эмоциональных), умением планировать.

Период юности - это время, когда лимбическая система уже очень активная и зрелая, но способность человека к регулированию все еще в процессе развития. Поэтому все, что связано с эмоциями, очень интенсивно в этот период", - объясняет доктор Безбородов.

Он также подчеркивает, что в это время очень важна социальная ситуация.

"Подростки находятся в достаточно двусмысленном состоянии, так как с одной стороны ты еще ребенок, а с другой - уже достаточно взрослый и от тебя ждут, что ты будешь вести себя соответственно. Очень важен и социальный аспект, потому что в подростковом возрасте формируется идентичность, а происходит это через принадлежность к группе. Мы должны принадлежать к какой-то социальной группе, ибо принимаем ее идентичность и постепенно строим свою собственную.

Поэтому, например, моббинг среди подростков имеет такие негативные последствия - в принципе, это исключение из группы, которое подростки переживают очень болезненно.

Где есть равнодушие, там рождаются проблемы 

Отвечая на вопрос о возможной связи между высоким уровнем психических расстройств среди латвийских детей и подростков и высокой распространенностью моббинга, доктор Безбородов отмечает, что здесь главная проблема заключается в том, что появилось раньше - курица или яйцо? Он объясняет, что в этом случае причины и следствия могут быть тесно смешаны, но если говорить о психическом здоровье, особенно в подростковом возрасте, то есть несколько факторов риска.

"Одним из таких факторов является социальное неравенство. Результаты исследований в Великобритании показывают, что, например, риск психических расстройств у темнокожих учеников в школе с преобладанием белых детей намного выше. И наоборот. Это вопрос принадлежности.

В Латвии, конечно, не все решается социальным неравенством", - отмечает специалист.

Он говорит, что это может быть что угодно, что отличает одного человека от другого - например, материальный статус или "актуальные в латвийском обществе" вопросы сексуальной ориентации и гендерной идентичности. По словам психиатра, любое меньшинство имеет более высокий риск возникновения эмоциональных расстройств, в том числе и риск склонности к самоубийству.

Отвечая на вопрос, что можно сделать, чтобы все изменить, доктор Безбородов говорит, что "есть глобальные решения, достигнуть которых сразу невозможно".

"Государственная политика должна быть направлена ​​на борьбу с неравенством, а  мы должны стремиться к более терпимому обществу, что очень трудно сделать.

Если мы говорим о детях - маленькие дети в принципе без предубеждений, мы - учителя, родители, окружающие их люди - обучаем их исходя из своей социальной среды", - отмечает специалист.

Говоря о людях с различными расстройствами нервной системы, он подчеркивает, что, на его взгляд, "единственный способ построить инклюзивное общество - это инклюзивное образование".

"Если ты никогда не сталкивался с кем-то, кто по какой-то причине отличается от тебя. Если все эти "другие" где-то сгруппированы и спрятаны глубоко в лесу в специальной школе-интернате, так что вы никогда не пересекаетесь. Если многие темы стигматизируются. Например, если говорить о сексуальной ориентации или гендерной идентичности, учась в одном классе, ты даже можешь не знать, что двое или трое твоих одноклассников гомосексуальны. Мы боимся того, чего не знаем", - поясняет психиатр.

"Единственный проверенный способ борьбы с предрассудками и стигмой в обществе - это позитивный социальный контакт. И это не обязательно должен быть [прямой] контакт, например, друг или одноклассник, который по каким-либо признакам отличается. Если ты это знаешь, а он для тебя так же хорош, как и все остальные, тогда не будет желания изолироваться и дистанцироваться друг от друга", - объясняет доктор. 

Кроме того, он указывает, что социальный контакт также работает косвенно, например, когда подобные темы обсуждают музыканты, актеры или другие общественные деятели. В качестве примера эксперт приводит случай, когда бывший премьер-министр Норвегии рассказал, что у него была депрессия, и, таким образом, "родился общественный дискурс". Такие примеры можно найти и в популярной культуре - в сериалах, фильмах.

"Это работает, и таким образом, я думаю, хотя бы часть общества, особенно молодое поколение, становится более толерантным", - рассказывает специалист. 

Почему возрастает распространенность психических расстройств?

Отвечая на вопрос, связано ли повышение тенденции с уменьшением стигмы и тем фактом, что люди стали чаще обращаться за помощью, доктор Безбородов отмечает, что "это одно из объяснений, но оно определенно отличается в различных случаях  расстройств". Еще одним фактором является то, что меняется способ диагностики психических расстройств, "категории расширяются, и то, что мы ранее считали недиагностируемым, сейчас можно легко установить". В качестве примера он приводит увеличение расстройств аутистического спектра. Однако эти два фактора "не объясняют весь рост".

С подростковыми нарушениями и расстройствами настроения есть факторы риска, но в равной степени важны защитные факторы. Одним из наиболее важных аспектов является то, насколько хорошие отношения в семье и в более широком социальном контексте - с друзьями, одноклассниками.

Раньше общество было более сплоченным, так как жили сравнительно изолированно - коммуной, где все друг друга знали.

Сегодня социальное дистанцирование растет все больше, но мы не созданы для того, чтобы быть одинокими - мы стадные животные, а одиночество является серьезным фактором риска в промышленно развитых городах и мегаполисах", - говорит специалист.

Среда и стресс 

Эксперты отмечают, что одним из основных факторов, способствующих любой болезни, является стресс, а некоторые специалисты полагают, что еще один важный негативный фактор - это городская среда. Однако доктор Безбородов отмечает, что "[влияние городской среды на психическое здоровье человека] является всего лишь теорией".

"Мы знаем, что городская среда негативно отражается на психическом здоровье. Существуют различные факторы. Во-первых, каким-то образом воздействует сама среда - загрязнение воздуха и окружающей среды, усиление социальной изоляции. Второй фактор, который имеет место быть, заключается в том, что люди из группы риска чаще уезжают жить в города, но это сложная тема.

Важным фактором также является стресс. У нас есть части мозга, которые предназначены для того, чтобы справляться со стрессом - система реагирования. В процессе эволюции они развились так, что начали хорошо справляться с кратковременными, но интенсивными стрессорами. Например, из кустов выпрыгивает тигр - вырабатывается много гормонов стресса, адреналина, который помогает нам бороться с животным или бежать от него. И тогда этот стрессор заканчивается - либо тебя съедают, либо ты убегаешь и тебе больше ничто не угрожает.

Теперь эти стрессоры изменились - больше нет тигров, выпрыгивающих из кустов. Теперь эти стрессоры более долговечны и никогда не прекращают работать.

Например, у тебя в школе контрольная работа, которая висит над головой словно дамоклов меч, или же ты становишься жертвой моббинга. Наши системы реагирования не предназначены для данного типа стрессоров, поэтому они постепенно истощаются и уменьшаются, а после возникают различные последствия", - отмечает психиатр. Этот опыт детства очень важен.

"Конечно, в жизни бывают такие периоды, когда мы более чувствительны к стрессам. Сегодня много говорят о early adverse childhood expieriences (раннем неблагоприятном опыте детства. - Прим. ред.). Исследования показывают, что чем больше в раннем детстве человек пережил негативного опыта - насилие, пренебрежение, зависимости и другие дисфункции в семье, - тем выше вероятность всевозможных рисков в дальнейшей жизни, не только в области психического здоровья.

В США были проведены исследования большого количества населения. Они показали, что если у человека не было негативного раннего опыта, то, например, риск алкогольной зависимости практически отсутствует. Если такой был однажды - риск алкогольной зависимости увеличивается на 2-3%. Если случаев негативного опыта было четыре или более - этот процент уже может быть более двенадцати.

То же самое мы наблюдаем и при хронических соматических заболеваниях - сердечно-сосудистых заболеваниях, инсульте, различных соматических расстройствах. И сейчас об этом очень мало говорят, потому что у нас есть разные программы, рассказывающие, например, о холестерине и рисках, которые он представляет. Но с точки зрения риска эта проблема связана с негативным ранним опытом", - говорит доктор Безбородов.

Будет лучше 

Из-за вышеупомянутых физиологических различий молодым людям справиться с эмоциональными проблемами может быть труднее, чем людям других возрастных групп. Специалист говорит, что из того периода каждому "определенно есть что вспомнить".

"[В этом возрасте] все воспринимается очень остро, а навыки управления импульсами еще не полностью созрели. Одна из наших главных целей при работе с подростками - помочь им пережить этот период жизни, потому что, если мы посмотрим на уровень смертности, среди детей эти показатели низкие, но по мере достижения подросткового возраста смертность возрастает до пика, затем снова снижается и увеличивается у пожилых людей.

Наша задача - помочь пережить этот период жизни. Благодаря этой помощи часть проблем уменьшается. Мне кажется, что это такой месседж, что it gets better (будет лучше. - Прим. ред.), если хорошо работать.

Подростки, как правило, выбирают не самые удачные методы преодоления стресса. У современного поколения часто можно наблюдать поведение самоповреждения. По Латвии нет статистики, но по опыту других стран можно судить, что многие подростки хотя бы раз в жизни наносили себе увечья. 

Очень часто это делается с мыслями о смерти, но это не попытки самоубийства - это способ регулировать свои эмоции. [В мозге] есть множество различных механизмов, предназначенных для борьбы с болью. Как правило, эти вещества работают интенсивно - помогают уменьшить физическую боль, но действуют неспецифично - уменьшают эмоциональную боль, тревогу.

Если есть огромное эмоциональное переживание, дистресс, человек способен причинить себе физическую боль - так ему становится легче эмоционально.

Проблема в том, что физическая боль быстро проходит, а эмоциональная возвращается, и все повторяется заново", - объясняет доктор. Он упоминает, что подобные действия могут иметь и другие цели - коммуникацию или "крик о помощи". Однако основной причиной все же остается желание справиться с дистрессом, а самоповреждение - это единственный знакомый подросткам способом.

Что касается распространенности психических расстройств среди молодежи, следует повторить, что данных по Латвии нет. Доктор Безбородов отмечает, что, если смотреть глобально, чаще всего встречаются такие нарушения, как депрессия, расстройства настроения и тревожность. В Латвии эти диагнозы встречаются и у взрослых.

"В отличие от других возрастных групп для подростков особенно актуальны нарушения идентичности, включая расстройства половой идентичности.

Также среди молодого поколения актуальны проблемы межличностных отношений, поведенческие проблемы. В психиатрии существует группа расстройств - поведенческие расстройства, о которых мы можем говорить, если ребенок регулярно и неоднократно нарушает правила: делает что-то, что находится за пределами допустимого - разрушает, крадет, поджигает. Если подобное происходит регулярно - это называют поведенческими расстройствами.

Сложнее всего, когда эти расстройства начинаются в раннем возрасте и ничего не делается. Такую задачу решить очень трудно, потому что поведение, несомненно, не зависит от генетических факторов - поведение зависит от окружающей среды. Если у ребенка начинаются поведенческие расстройства, это сигнал того, что среда, в которой он обитает, не соответствует его потребностям. Существует очень мало эффективных методов, которые могут помочь при длительном поведенческом расстройстве.

В свою очередь, если поведенческие расстройства начались в подростковом возрасте - это нормально, так как такая ситуация является прогностической и диагностируемой.  

Еще одна серьезная вещь, которая затрагивает подростков - это более тяжелые психические расстройства - психоз, биполярное аффективное расстройство. При таких психотических расстройствах, как, например, шизофрения, первый психоз чаще всего происходит именно в подростковом возрасте. Конечно, актуальны еще и злоупотребление вредными веществами и зависимости", - отмечает психиатр.

Современная молодежь более одинока?

Нередко можно услышать мнение, что современная молодежь более одинока, чем раньше. "Это очень сложный вопрос, - говорит доктор Безбородов. - С одной стороны, это можно объяснить особенностями возрастной группы, описанными выше. Однако есть и другие факторы. 

Одно дело - процесс социального развития, связанный с индустриализацией на протяжении всего 20-го века. Сегодня человек может выжить не выходя из дома. Все заказывать в интернете, ему уже физически не так нужна группа. 

Общество в целом становится более раздробленным, мы даже не знаем, как зовут наших соседей.

Вероятно, еще одним фактором является развитие технологий. Мы до конца не знаем, в каком направлении оно движется, потому что сейчас технологии развились настолько, что мы можем существовать без других людей, но не настолько, чтобы полностью обеспечить принадлежность", - говорит психиатр, добавляя, что "возможно, в будущем это изменится".

Также много говорят о негативном влиянии социальных сетей на психическое здоровье молодых людей. Однако даже в этом случае невозможно однозначно ответить, каков их эффект, указывает специалист.

"Социальные сети - это, конечно, не отдельный фактор, поскольку его очень трудно дефинировать, так же, как трудно дефинировать компьютерную зависимость. Исследования показывают, что у молодых людей, которые вообще не используют никаких экранных устройств, риск возникновения проблем с психическим здоровьем выше, чем у тех, кто это делает, но в умеренных количествах. У тех, кто использует их очень интенсивно, эти риски снова возрастают.

И тут возникает вопрос - является это причиной или индикатором? Если судить по клинической практике - это скорее индикатор.

Когда приходят родители и просят избавить их ребенка от компьютерной зависимости, я спрашиваю у них: а какие есть альтернативы? Оказывается, что нет у него в жизни никаких альтернатив, так чего же там ожидать?

Когда ребенок очень много времени проводит за компьютером или в социальных сетях, это демонстрирует ситуацию в его жизни в целом. Может быть, это единственное место, где он может ощутить свою принадлежность к какой-либо группе, потому что других вариантов нет", - объясняет эксперт. Он также указывает, что использование технологий может оказывать положительное влияние, потому что в этот период для подростков очень важна принадлежность к группе, однако взрослые не всегда это понимают. 

"Нужно отметить, что "научный цикл движется очень медленно", а технологии развиваются очень быстро, поэтому для объективного изучения последствий таких факторов требуется время, - говорит доктор Безбородов. - Есть много исследований, касающихся телевидения, но они уже не так актуальны, потому что "экраны меняются".

Специалист также напоминает, что сами по себе технологии не являются ни плохими, ни хорошими.

"Необходимо понимать, что это просто инструмент", - говорит психиатр, напоминая, что именно способность создавать и использовать инструменты - это одна из вещей, которая отличает нас от других млекопитающих.

"Мы существовали с инструментами на протяжении всего нашего эволюционного развития, и это какая-то неотъемлемая часть нас. Если я возьму в руку ручку, она станет частью моей руки и даст ей другую функцию, чем если бы у меня в руке была, например, лопата.

И то же самое касается гаджетов. Если я доверил свою память календарю Google, а он не работает, то я ничего не помню. Конечно, детские мозги более пластичны, у них этот процесс происходит гораздо быстрее.

В принципе, нет плохих инструментов. Молотком можно дом построить, а можно по голове человека ударить. 

Это шаг в разработке рабочих инструментов, и следующим шагом определенно будет интерфейс мозга и компьютера. Мы не знаем, как он будет выглядеть. Его наверняка больше смогут использовать дети, потому что их мозг более пластичен и может лучше научиться взаимодействовать с данными. Когда это станет реальностью, мой мозг будет слишком "старым", чтобы научиться чему-то подобному", - иллюстрирует доктор Безбородов.

Проблемы доступа к помощи 

Отвечая на вопрос, насколько подросткам доступны услуги специалистов по психическому здоровью, психиатр говорит, что, по его мнению, "это проблема всех стран", включая Латвию.

"Здесь огромная проблема на всех уровнях - начиная от детских и подростковых психологов, которых на данный момент в стране очень мало, заканчивая тем, что к ним трудно обратиться за помощью.

Это затрагивает не только психиатрию, но и все здравоохранение. Очень долгое время была ситуация, когда государство не оплачивало немедикаментозную помощь, например, психотерапию. Но все немого изменилось в прошлом году, когда Министерство здравоохранения разработало план психического здоровья. (...) Однако доступ по-прежнему ограничен и является очень большой проблемой.

Еще одна проблема, касающаяся подростков, заключается в том, что, несмотря на то, что [они] подвергаются наибольшему риску, у них самый плохой доступ к помощи. Взрослому относительно легче попасть к психиатру просто потому, что таких специалистов больше.

Например, существует миф, что в каждой школе есть психолог, к которому ученик может обратиться в случае возникновения сложностей. Однако их основная задача заключается в работе над вопросами, связанными с образованием - поведенческие проблемы, трудности в обучении или адаптации. Доктор Безбородов отмечает, что школьные психологи являются хорошим ресурсом, который часто используется не в полной мере.

Он также подчеркивает, что "необходимо смотреть на состав, компетенцию и поддержку со стороны психолога. Я думаю, что у школьного психолога важная роль как у первой контактной персоны - это первый человек, который должен знать, что делать, куда обратиться. Но когда мы говорим о психологических вмешательствах - этим больше занимаются клинические и медицинские психологи, а таких специалистов в стране недостаточно".

Еще одним обстоятельством, ограничивающим доступ к помощи, является то, что, по закону, психолог может работать с клиентом, не достигшим 14-летнего возраста, только в присутствии взрослого или при наличии специального разрешения. В случаях, когда разрешения нет, "законодательство неоднозначно".

"По крайней мере формально с 14 лет человек может самостоятельно принимать решения в области здравоохранения", - говорит специалист. Следует также иметь в виду, что различные медицинские учреждения могут по-разному толковать закон.  

"Чаще всего на первом визите ребенок должен быть в присутствии взрослого. В этом есть свой смысл, потому что то, что подросток может субъективно рассказать - это одно, а понять природу расстройства через анамнез хода жизни - совсем другое. Ребенок не сможет предоставить всю информацию - важно получить ее от родителя", - объясняет доктор Безбородов.

Отвечая на вопрос, что делать в ситуации, когда родитель или опекун категорически против того, чтобы ребенок обращался к специалисту, психиатр отвечает, что в этом случае "он не сможет получить медицинское обслуживание в полной мере". Он отмечает, что такие ситуации возможны в частных медицинских учреждениях, когда несовершеннолетний может получить помощь. Устранение возможных препятствий является одной из целей при разработке программ помощи для молодежи.

"Это и есть одна из причин, по которой было важно создать службу специально для подростков".

Чтобы сделать помощь более доступной для подростков, фонд BKUS создал отдельную услугу - Центр ресурсов для подростков, куда можно обратиться в случае затруднений.

Отвести подростка к специалисту за руку - неэффективно

Если же история складывается наоборот - родитель хочет отвести ребенка к специалисту, а тот противится - в такой ситуации, считает доктор, "нельзя помочь человеку, который не желает получить помощь".

"Здесь очень важна коммуникация между подростком и родителем, потому что подросток не всегда будет принимать помощь, которую родитель пытается предложить. Когда звонят встревоженные родители с подозрениями, что у ребенка депрессия, но он не хочет никуда идти и что-то с этим делать, я обычно советую им продолжать коммуникацию и спрашивать, по крайней мере раза три, потому что не всегда с первой попытки можно получить желаемый ответ. Здесь особенно важно, как именно задавать вопросы ребенку.

Очень хорошо, если коммуникация является частью повседневной жизни семьи, а не чем-то неожиданным и искусственно навязанным. Важно также не реагировать резко, не обвинять, если подросток не отзывается сразу, потому что для родителей обычно очень характерно занимать ​защитную позицию, но это не сработает. Важно понимать самочувствие ребенка, потому что любая проблема психического здоровья связана со страданиями.

Если он страдает или у него есть какие-то трудности, которые он осознает, - этим всегда можно апеллировать, потому что мы все хотим избавиться от страданий.

Необходимо понимать, что именно ребенку кажется важным, а для этого нужно постоянно коммуницировать. Потеря друга, отношений - родители могут вообще не знать о подобных трудностях, поэтому неэффективно брать подростка за руку и вести к специалисту", - объясняет психиатр.

Необходимо начать с себя

Отвечая на вопрос, как родителям позаботиться о том, чтобы их дети не подвергались риску психологических заболеваний, доктор Безбородов отмечает, что необходимо "начинать с себя".

"То, что мы видим как в исследованиях, так и на практике - многое идет из семьи, и многие риски заложены в семейную систему. Тем не менее семья имеет множество элементов для защиты. Здесь все зависит от качества отношений. 

Затем мы можем говорить о привязанности, потому что она лежит в основе нашей эмоциональной жизни и связана с тем, как мы справляемся с эмоциональными проблемами. Когда ко мне приходит родитель с маленьким ребенком и жалуется на эмоциональные трудности, иногда во время разговора я начинаю понимать, что помощь нужна именно взрослому, а не ребенку, потому что ребенок всего лишь демонстрирует эти симптомы, а на самом деле проблема в самочувствии родителя - тревога, дисфункциональные отношения в семье.

Главное, чем можно помочь этому ребенку - решить проблемы его родителей. 

Но это, вероятно, актуально для любого возраста. (...) Даже если проблема в окружении, родитель должен выступить в качестве человека, который может поддержать и помочь. А если родитель сам не чувствует себя хорошо, он не сможет быть помощником.

Вторая важная вещь заключается в том, чтобы как-то участвовать в жизни подростка. Часто его друзья могут казаться плохими, интересы могут быть непонятными, поступки могут быть какими-то не такими, но если родители изолируются - это отключает каналы связи, и тогда неудивительно, что подросток перестает делиться своими переживаниями.

Поэтому с самого раннего возраста важно создать в семье правильную атмосферу, делать что-то вместе, искренне интересоваться жизнью ребенка, спрашивать, как он себя чувствует.

Третий момент - необходимо уважать автономию подростков, потому что это время, когда формируется личность, и это очень важный фактор в оказании помощи. Принципиально понять его собственные взгляды, узнать его взгляд на свои проблемы и, конечно, учесть его, а не просто отвести за руку к специалисту - это не сработает.

Очень важно стимулировать все, что связано с отношениями. Не только в рамках семьи, но и с друзьями. Это важный момент для подростков, испытывающих определенные трудности в общении. Не всегда легко найти друзей и построить отношения в школьной обстановке, потому что это случайно собранные вместе люди - у них может даже не быть ничего общего. Иногда легче найти свою принадлежность за пределами школы - образование по интересам, кружки, Яунсардзе или что-то в этом роде. Это дело родителей - пойти вместе попробовать, найти другие сферы жизни и деятельности, где у ребенка будет что-то получаться, и тогда вы сможете поддерживать позитивные отношения", - рекомендует специалист.

Не от всего можно защитить, но всегда можно помочь

Учитывая факторы риска в раннем детстве, родители могут, например, сначала решить свои проблемы, вылечить болезни, если они есть, и рожать детей только в стабильных отношениях. Доктор Безбородов смеется и соглашается: "Это было бы фантастически". Однако в жизни чаще всего так не происходит. Плюс ко всему нам приходится иметь дело с событиями, на которые мы не можем повлиять, такими как несчастные случаи.

"Говоря о стрессе, его можно направить в позитивный стресс [или эустресс] и дистресс. И в более позднем возрасте, как показали исследования, очень важно, чтобы в жизни ребенка был хотя бы один взрослый, который бы о нем заботился.

Это не обязательно должен быть родитель. Это может быть бабушка, учитель, тренер... Если у подростка есть человек, который переживает за него, это защитит его от серьезного стресса и поможет пережить этот сложный период. 

Пользуешься Telegram? RUS.TVNET.LV тоже там есть! Подписывайся!