От изящной российской словесности переходим к реалиям русского языка в Латвии – Юзефович, оказывается, бывает здесь часто и, живя в Латвии, в качестве хобби себе избрала чтение латвийской прессы. «Почему пресса у вас такая?» - с детской непосредственностью спрашивает она, а я уже понимаю, что в пять минут мне придется уложить пересказ новейшей истории Латвии за последние два десятка лет.

Я пытаюсь объяснить, что помимо общего падения культуры, неизбежной брайтонбичизации русской диаспоры и ее газет и полного отсутствия желания у современной латышской власти Латвии видеть какой-либо русский язык кроме мата таксистов и дворников,

русский язык, сдается мне, не нужен самим русским.

То есть референдум – это весьма эффектный политический ход, а, главное, совершенно юридически стерильный, но вот так, чтобы думать о языке каждый день и не с целью «вмочить латышам», а на полшага глубже – это нет. Причем «нет» уже за 20 лет очень искреннее.

Мало кто кроме горбоносых филологов помнит, что в Латвии до войны выходила русская газета «Сегодня». Листаешь ее подшивку и понимаешь, что это все не имеет никакого отношения к Латвии сегодняшней.

 Кто ж виноват, что так случилось? Советская власть и диктатура пролетариата?

Или современная латвийская власть и желание превратить русских Латвии в послушное быдло? Последнюю мысль, понятное дело, гонишь от себя, но она опять приходит: например, когда ты, проходя с собственным ребенком мимо стен родной школы, вольно-невольно слышишь отборный мат – из уст, наверное, очень хорошо сдавших госэкзамен Латвийской республики по точным наукам мальчиков и девочек.

«Я не верю!» - парирует мне Юзефович. «Дайте достойное предложение будет и спрос! Выпустите журнал на русском, который было бы держать в руках не стыдно!» И я вспоминаю, что почему-то за последние полтора десятка лет все «нестыдные» предложения на русском языке долго спросом не пользовались: почившая в бозе газета «Республика», да и «Час» в самом начале, в котором еще 10 лет назад рядовым корреспондентом писал Александр Гаррос, тот самый, которому и Юзефович в том числе как член жюри давала «Национальный бестселлер» - за первый совместный с Алексеем Евдокимовым роман.

Исчерпывающий ответ на вопрос: почему русская пресса столь постыдна, наверное, можно получить вместе с ответом на вопрос:

почему в Латвии нет русских писателей? Графоманы есть, а писателей нет.

А те, что с трудом народились (тот же Гаррос, например) потом перебирались в Москву.

Посему любому издателю проще и лучше издавать журналы и газеты с громкими заголовками: либо про то, как «русских бьют!», либо о том, что делать с менструацией. (Комментарии в интернете – без комментариев. ) Все, что выше – верх интеллектуальной деятельности, не нужный и совершенно бесполезный. Сдается все это от того, что

русский язык в Латвии никому не нужен, включая самих русских Латвии.

Быдло окончательно побеждает, гнилым интеллигентишкам – молчать!