Четверг, 21 июня
LAT
Ваш браузер устарел. Пожалуйста, обновите его..
Этот портал использует файлы cookies, чтобы анализировать поток данных, улучшать качество содержания, подстраивать содержание к запросам пользователей и оптимизировать работу. Файлы cookies вместо нас исключительно для перечисленных целей могут использовать наши партнеры по сотрудничеству (третьи лица — операторы, обрабатывающие данные, например, Google Analytics). Подробнее о файлах cookies и их удалению читайте здесь

Что это было? Бабченко «воскрес», но вопросы остались

Фото: REUTERS/Sanpix

Важных вопросов в истории с инсценировкой убийства Аркадия Бабченко просматривается как минимум четыре. Первый касается причастности ФСБ к готовившейся серии терактов, второй - уместности сотрудничества журналиста со спецслужбами; третий - является ли сегодня Кремль монополистом на насилие, направленное против инакомыслящих российских граждан; и, наконец, четвертый - только ли в Кремле считают, что Украина и Россия - практически одно и то же? Что же до взрыва в блогосфере российской оппозиционной тусовки, вызванного ее реакцией на неожиданный розыгрыш, то этот очень русский коктейль обид, претензий и морализаторства едва ли стоит обсуждения.

Исчерпывающего ответа на первый вопрос нет и ныне, спустя неделю после происшедшего. Да и с чего бы ему появиться так быстро? Пока что СБУ вполне удовлетворена: спецоперация удалась, предполагаемые организатор и киллер задержаны, и перед публикой, как могли (а точнее, как нашли нужным), отчитались на пресс-брифинге.

Вышло, правда, не очень убедительно: ни единого вразумительного доказательства причастности ФСБ к подготовке покушения на Аркадия Бабченко настаивающий на этой версии шеф СБУ Василий Грицак так и не привел. Да и подозреваемый в режиссуре сорвавшегося теракта гражданин Украины Борис Герман в своих связях с со спецслужбами РФ пока тоже не признался. Впрочем, на судебном заседании по избранию меры пресечения он сообщил, что в России с ним контактировал его старый товарищ, некто Вячеслав Пивоварник, работающий в частном фонде президента РФ.

Не перечислил Грицак и имен других «заказанных», ограничившись лишь упоминанием, что было их около 30 человек. Что ж, право неразглашения в интересах следствия неоспоримо.

Ясно также, что начавшееся следствие блицкригом не будет: чай, не спецоперация, спешка в таких делах неуместна. Наберемся же терпения: пусть профи занимаются своим делом столько, сколько плтребуется. В конце концов, спецслужбы - не медиа, и созданы они вовсе не затем, чтобы ежеминутно удовлетворяить любопытство публики. Совершенно согласен с Евгением Киселевым, 4 июня написавшим в своем «эхомосковском» блоге следущее:

"Оценок спецоперации... давать не буду. Пусть этим занимаются другие. Ведь в работе спецслужб у нас все разбираются отлично. Как в футболе. Или в политике.

А я подожду, пока в СБУ сочтут возможным раскрывать подробности этого дела и предъявлять городу и миру... доказательства причастности российских спецслужб к попытке физической ликвидации неугодного человека".

И, как бы предугадывая возможные попытки свалить СБУ и ФСБ в одну кучу, добавил чуть-чуть полезной инсайдерской информации:

"В Украине... в 2014 году после принятия закона о люстрации из СБУ были уволены все сотрудники, которые в советском прошлом служили в КГБ... После аннексии Крыма и начала российской гибридной войны... в СБУ пришло - из патриотических соображений - немало хорошо образованных молодых людей с дипломами лучших вузов, в том числе иностранных, владеющих несколькими языками...

Не хочу изображать сотрудников СБУ белыми и пушистыми - они люди особой профессии, принадлежность к которой во всем мире прививает порой человеку не самые лучшие качества.

Но все же украинские контрразведчики, по моим наблюдениям, люди совершенно другого замеса, нежели их российские, с позволения сказать, коллеги. Взрывать жилые дома точно не будут".

И ведь как в воду Киселев глядел. Буквально на следующий день медиакомпания Медуза опубликовала подкаст «Когда хороший человек может врать?» По счастью, растянутое чуть ли не на час унылое морализаторство ведущих - Кати Кронгауз и Андрея Бабицкого - нет необходимости слушать целиком: самое главное звучит уже в предисловии.

«Если ты идешь на такую экстраординарную вещь, - сообщает слушателям Бабицкий, - ты должен исходить хотя бы из того, что она экстраординарная».

Тонкое замечание, скажу вам, - как и очень содержательное. «Ты не можешь рассчитывать, - тут же развивает ведущий свою талантливую тезу, - что ты получишь только объятья, но не тумаки».

Надо полагать, ничем иным, кроме калькуляции грядущих объятий и тумаков, голова «заказанного» в те дни и часы занята не была. Может, эти люди и впрямь решили, что исключительно ради их, зрителей, забавы решился Бабченко на всю эту мистификацию?

Настоящим же перлом подкаста стал ничем не обоснованный знак равенства, лихо проведенный поборником журналистской честности Бабицким между ФСБ и СБУ. Но подробнее про это - чуть дальше.

По-разному откликнулись на обстоятельства «воскресения» Бабченко и западные коллеги. «Убежден, что целью этой лжи не была защита Аркадия Бабченко, - такой вердикт вынес Кристоф Делуар, глава международной организации Репортеры Без Границ, в опубликованном той же Медузой интервью, - Мы не получили никакого объяснения того, как именно инсценировка его смерти защищала его... Защитить можно было иначе... Инсценировать покушение... не имеет никакого смысла. В этой истории очень много нерационального, много вопросов без ответов».

Любопытно, какие именно объяснения от СБУ желал бы получить господин Делуар. Который, по всему видать, тоже отлично разбирается в работе спецслужб...

Простая, но отчего-то недоступная пониманию многих, как российских, так и западных коллег Бабченко истина состоит в том, что в сотрудничестве журналиста со спецслужбами ничего предосудительного нет. Сплошь и рядом журналистские расследования работают с данными, в публичном пространстве попросту отсутствующими. Как вы думаете, откуда авторам «сливается» информация, становящаяся благодаря таким расследованиям публичной?

А уж в зонах военных конфликтов сотрудничество журналистов с разведкой и контрразведкой - рутинная практика. «Мы с вами выживем только если научимся доверять собственной стране, - резюмировал произошедшее Виталий Портников, - этим мы и отличаемся от Запада, потому что мы государство на грани опасности».

Трудно поверить, что, остановив свой выбор именно на Украине, опытный военный репортер Бабченко не осознавал специфику ее нынешней ситуации. Как, впрочем, и степени своего вероятного риска.

Довольно расхожее среди причисляющих себя к российской либеральной оппозиции мнение состоит в том, что-де именно демократическое крыло доминирует в спектре общественных российских движений, оппозиционных Кремлю. Оно, бесспорно, самое яркое, самое медийное, самое «раскрученное», а с недавних пор еще и обильно представленное за границами РФ. И оттого в мире видать и слыхать его лучше других.

Но сегодня в России нет недостатка и в других, куда более многочисленных, общественных движениях, критично относящихся к власти. С некоторыми из них просвещенные и либерально мыслящие обитатели крупных российских городов имели радость познакомиться поближе в горячие деньки прошлогодней «матильдиады». И, надо сказать, в большой восторг от знакомства не пришли.

Не в восторге от этой публики и Кремль. Только вот неясно, что с ними всеми делать - и с шеренгами националистов, жаждущих «России для русских», и со стадами коммунистов, рвущихся назад в СССР.

Только непонятно, как сбыть с рук толпы православных фанатиков - как искренних, так и ряженых. И куда девать как сильно идеологизированных русских фашистов, так и вполне банальных черносотенцев, презирающих «продавшуюся за жидовские деньги» власть. В эмиграцию не выдавить: во-первых, слишком уж их много, а во-вторых, ни демократия, ни Запад их не привлекают. А власть дома - очень даже. Можно лишь пробовать их прикормить.

Когда в разгар «матильдиады» Кремль с неудовольствием обнаружил, что утратил монополию на насилие в «отдельно взятой» стране, его работа с недемократическими «народными инициативами» сильно активизировалась. Сильно прижимать вас не будем, вы ведь народ, соль земли, как-никак, да и враг у нас общий - разве ж не так?

Все это я к тому, что авторство именно ФСБ в организации покушения на Бабченко видится мне маловероятным.

Да, критика власти в его исполнении была очень хлесткой и эмоциональной. Но что чекистам до тех эмоций? Серьезного же компромата на конкретных представителей власти Бабченко не «сливал». И Литвиненко, и Политковская, и Магнитский были намного опаснее. Потому как располагали очень уж внушительными объемами конкретных цифр и фактов, и охотно делились ими. За то и поплатились.

Зато «патриотическая» шелупонь, обычно оперирующая тухлыми яйцами, зеленкой и фекалиями, и до полной одури плещущаяся в разливанном море русских эмоций (в чем ее парадоксальное сходство с так называемой либеральной оппозицией), по всем параметрам должна была желать Бабченко погибели. Потому как именно ее сильно задевает за живое то, от чего погруженной в калькуляции кремлевской верхушке ни жарко, ни холодно. Можно предположить, что, зная о готовящихся терактах, ФСБ всего-навсего дало им «зеленый свет». Инициатива же скорее всего принадлежала кому-то из «доброхотов» малофеевского покроя. С денежками и с обширными связями в криминальных сферах - и российских, и украинских. Пусть и не сильно жалующих Путина, но Бабченко ненавидящих зоологической ненавистью.

И столь же зоологически ненавидящих Украину (в чем вполне солидарны с Кремлем) - за одно лишь то, что посмела отказаться плыть в мутном российском кильватере. Будучи при этом «фактически филиалом России - с точки зрения современных российских элит», как точно подметил однажды Станислав Белковский.

Фразу Белковского о «филиале России» я вспомнил, слушая злополучный дуэт Кронгауз-Бабицкого. И как было ее не вспомнить - ровно в тот момент, когда Бабицкий произнес буквально следующее:

«Украинские спецслужбы - как и российские или, я не знаю, какие-нибудь турецкие, - это просто клейма негде ставить!»

Неужели?! И откуда только берется такая удивительная осведомленность. Еще один эксперт по спецслужбам? А может, просто очередной надменный игнорант из столицы бывшей империи? Априори убежденный, что в Киеве ничего не может быть лучше, чем в Москве. Потому что не может быть никогда.

Ведь одно дело постоянно выражать солидарность потерпевшему от путинской агрессии народу (что несложно любому вменяемому россиянину, так как генерирует известный моральный комфорт), но совсем другое - признать, что этот «потерпевший» - больше не «филиал России» (тут уж комфорт очень сомнителен). Что работающие на территории Украины институции могут функционировать уже совершенно иначе, поскольку больше не являются провинциальной копией российских.

В теории, к такому «прогрессивному» ходу мыслей можно себя приучить. Нет, правда, гарантии, что в критический момент - а именно им и стала вся история с Бабченко - самоконтроль может вдруг покинуть того или иного российского «либерального оппозиционера». И тогда, как видим, случаются очень показательные «проговорки по Фрейду». К слову, очень ценимые официальной кремлевской пропагандой.

5 Комментарии