Итоги встречи в Хельсинки: РФ не получила ничего; США - опозорены

ФОТО: Reuters/ScanPix

Политический «осадок» встречи в Хельсинки был ясен заранее: торга не состоится за отсутствием реального предмета такового. Его и не состоялось. Зато предсказуемый потенциал имиджевой победы Путина реализовался с ошеломляющей убедительностью. И помог в этом президенту РФ со всей возможной участливостью ни кто иной, как президент США. Позор же, в который вверг Америку Дональд Трамп (и равного какому ей, пожалуй, не припомнить), оказался самым непредсказуемым результатом встречи.

С момента президентской присяги Дональда Трампа прошло полтора года. И все эти полтора года заинтересованные медиа-ресурсы и так, и сяк пытались растолковать сомневающимся: вы ничего не понимаете о президенте Трампе. Вас отпугивает его непохожесть на предшественников, вас коробит его презрение к институциям, к прессе, к протоколу, вы не привыкли к импровизациям, вы боитесь креативности, - но это ваши проблемы. Проблемы политической культуры ушедшего века, которые вы изо всех сил пытаетесь навязать новым блестящим временам. Вне всякого сомнения, ожидающим Америку при новом президенте. Вот увидите.

И мы увидели. Не только в Хельсинки, кстати.

Встреча с Путиным стала этакой вишенкой на торте европейского турне президента США.

Цирк же начался еще в Великобритании, где Трамп осмелился дать талантливый совет Терезе Мэй по поводу Брекзита. А то где ж ей самой справиться с такой головоломной задачей. Попутно Трамп поведал, что ушедший накануне в отставку из-за несогласия с Брекзит-программой Мэй МИД Борис Джонсон мог бы стать отличным премьером... В какой-то момент британская публика просто онемела, не понимая, как на все это реагировать.

И вовсе не оттого, что образованным британцам неведомо, кто может задать вопросик, на который затруднится ответить любая коллегия любых профессоров, но оттого, что слово, наиболее точно определяющее задавшего такой вопросик, считается неупотребимым в традиционном лексиконе атлантической политики и дипломатии.

А медиа тем временем собирали свой урожай. Еще бы: в интервью таблоиду Sun Трамп заявил, что, не прими Мэй жесткого варианта Брекзита, - не видать Британии свободной торговли с США. И на следующий же день от своих слов отказался, назвав вышедший в Sun материал фейк-ньюсом - хотя аудиозапись интервью, естественно, никуда не пропала. Что же касается Мэй, то она просто безупречна на своем посту. И со свободной торговлей тоже никаких проблем не будет - а разве кто-то сомневался?

Неудивительно, что и принц Чарльз, и принц Уильям нашли предлог не встречаться с заокеанским гостем, предоставив это удовольствие Елизавете II.

Которую, в силу ее возраста, глуховатости, общей флегматичной невозмутимости и отсутствия реального политического влияния Трампу никак «зацепить» не удалось. Зато на брюссельском саммите НАТО он порезвился вволю, «цепляя» всех, кого ни попадя, - что, впрочем, никак не повлияло на результат встречи. Автограф под общеНАТОвским коммюнике президенту США пришлось поставить. Этот автограф - как и ранее подписанные Трампом документы Конгресса об антироссийских санкциях - очевидно, и являются «моментом истины», позволяющим определить потенциальную опасность/безопасность Трампа для собственной страны, Европы и остального мира.

Пару лет назад в тексте «Нас пугают Трампом. Чего на самом деле следует бояться» я писал, что, сколь бы ни тяготел тогдашний кандидат Трамп к сумасбродно-автократическому стилю поведения, возможности реализации таких «хотелок» у президента США слишком ограничены. Конституция США попросту не оставляет места президентской автократии. Правда, в ней отсутствуют определения дозволенных пределов сумасбродства. В частности, Основной закон США не содержит ответа на вопрос, как быть, если окажется, что действующий президент страны страдает маниакальным инфантильным нарциссизмом. Что, в общем, логично: вопросы сии лежат в области психологии и психотерапии.

То есть, однозначно запрещено самостоятельно корректировать государственные интересы. А вот про эксцентричное самовыражение ничего четко не прописано. В результате полтора года мир наблюдал бесконечные эскапады, непрекращающееся бахвальство, отчаянное вранье и регулярное отрицание накануне произнесенных слов. Но всякий раз каждый номер этого цирка завершался подписанием «правильных» документов. Полтора года президент Трамп шатко балансировал между желанием во что бы то ни стало самовыразиться и тем, что предписывал и мог позволить ему Конгресс США. И худо-бедно пока удавалось.

Но в Хельсинки Трамп сильно поскользнулся. И немудрено: ведь целью встречи с Путиным, в отличие от предшествовавших переговоров с европейскими политиками и НАТОвцами, было никак не подписание каких-либо соглашений, но прощупывание почвы для возможного - пусть и очень сомнительного - диалога. И именно оттого, что в строгом смысле слова встреча политической не была, она и стала ловушкой для Трампа.

Тертому КГБшнику Путину не составило большого труда выставить на посмешище и позор тщеславного инфантила.

Упорное отрицание Путиным вмешательства спецслужб РФ в президентские выборы 2016 года - на сей день уже убедительно доказанного командой спецпрокурора Мюллера - поставило Трампа перед выбором публичного признания или непризнания этого вмешательства. Иными словами, перед выбором между лелеемым эго и государственными интересами. И привычного маневра по накатанной схеме «вот это сделаю для собственного пиара, а вот то - для Конгресса» на сей раз не оставалось.

И президент Трамп поступил так, как велело ему тщеславие: он согласился с Путиным. Явив изумленному миру, что путинское «мнение» для него важнее, чем заключения спецслужб страны, чьим президентом он является.

Хорошо подготовленный ко встрече Путин отлично понимал, на какие рычаги можно давить практически беспроигрышно. «Участие» РФ в американских выборах Трамп многократно и при каждом удобном случае отрицал, пеняя на «заговор» вашингтонского истеблишмента против его политического гения, проторившего дорогу к президентству безо всякой помощи извне. Задача Путина, таким образом, состояла к том, чтобы попросту вынудить Трампа повторить все это при нем - и при всех участниках пресс-конференции.

Вырулить из этой, не Бог весть какой замысловатой, ловушки опытному политику не составило бы труда. Но вся беда в том, что Трамп - случайный человек в политике.

У настоящего политика всегда станет ума, гибкости и чувства юмора, чтобы, выражаясь образно, заметить: «Утверждаете, что моя жена изменила мне? Что ж, хорошо, что не Отечеству!» Дешевый же тщеславец скорее умрет, чем произнесет подобное. Настоящий политик, встречаясь с никак не дружественным ему оппонентом, не станет громко сетовать на свои внутренние проблемы с конкурирующей Демократической партией и с Конгрессом. Исключено. Но что слышали мы в Хельсинки?! Настоящий политик, прибыв в дружественное ему государство, не будет беспардонно влезать в дела, совершенно не связанные с двусторонними отношениями между его страной и той, где в данный момент находится. Невозможно. Но что слышали мы в Лондоне?!

Настоящие политики не «заводятся». Особенно, когда их пытаются «завести». И не «разводятся», когда их пытаются «развести». Да еще и так элементарно.

Рассуждения о Путине как об архитонком психологе, знатоке и ловце человеческих слабостей и «раскалывателе крепких орешков», иногда мелькающие в западной прессе, по большей части смешны, а в данном случае так и просто неуместны: слабости Трампа лежат на поверхности, и «завести» его - как и «развести» - особого труда не составляет.

Парадоксально, но в известном смысле я даже признателен президенту Путину. За то, что тот взял на себя роль этакой лакмуссовой бумажки. Полагаю, что уж теперь-то иллюзии по поводу президента Трампа останутся у одних лишь идиотов.

Можно соглашаться или не соглашаться с нью-йоркским историком Юрием Фельштинским, минувшей ночью за Круглым столом Радио Свобода выразившем убеждение, что главной темой за закрытыми дверями в Хельсинки был именно вопрос «долга чести» Трампа Кремлю за успех в ноябре 2016 года. Можно разделять или не разделять точку зрения обозревателя The Washington Post Грега Сарджента, написавшего, что «Трамп теперь отплачивает Путину за помощь в победе на выборах», но очевидно одно: провал Трампа в Хельсинки определенно опозорил США на весь свет.

В чем и состоит его фундаментальное отличие от мнимого триумфа Путина. Который, как бы долго его ни пережевывали и ни обсасывали прокремлевские медиа, так и останется темой для внутрироссийского потребления.

НАВЕРХ