"Гадалка пообещала матери, что сын отсидится в бункере". Как мобилизация разделила российские семьи

BBC News Русская служба
"Гадалка пообещала матери, что сын отсидится в бункере". Как мобилизация разделила российские семьи
Facebook OK Telegram Whatsapp
Comments
BBC
Фото: BBC News

Объявленная Владимиром Путиным мобилизация привела к конфликтам в российских семьях. Би-би-си рассказывает истории двух мужчин, которые не хотели идти на войну, но явились в военкоматы под давлением родителей, хотя другие члены семьи их отговаривали. Теперь оставшиеся в меньшинстве родственники пытаются вернуть своих близких из военных частей и не потерять с ними связь.

- Не придешь в военкомат, получишь штраф 3000 рублей. Придешь в военкомат, вернешься домой в цинковом гробу в лучшем случае.

- Мой отец - бывший военный, он сказал, что надо пойти, иначе не отстанут.

Такой разговор с адвокатом состоялся у 30-летнего москвича Игоря (имена мобилизованных военных изменены в целях их безопасности). Родители уговорили его явиться по повестке в военкомат. Сейчас Игорь в Белгороде, в палаточном лагере военной части на границе с Украиной.

"С такими предками никакого Путина не надо", - написал адвокат Дмитрий Захватов, пытавшийся помочь Игорю.

Фото: BBC

В другом тренировочном центре - в Курске - оказался 24-летний житель Белгородской области Даниил. Его отец воевал в Чечне, и он также пришел в военкомат под давлением родителей. Матери обоих мужчин уговаривали их не уклоняться от призыва.

Не все члены семьи были согласны с родителями мобилизованных мужчин. Сестре Игоря в итоге не удалось помочь брату, а жена Даниила добилась возвращения мужа домой.

"Отец стал истерить и давить"

"Разместились. Будем тренироваться", - написал москвич Игорь своей старшей сестре Валентине в пятницу из Белгорода. Предупредил, что говорить подробно не будет.

- Кормят. У нас палаточный городок.

- Не холодно?

- Чуть.

- Есть спальник?

- Нет. Только бушлат, ватник, своя теплая одежда.

Повестку Игорю принесли 24 сентября домой, где он живет с родителями. Расписался в ней отец. Игорь был дома, но сам за повесткой не вышел, говорит Валентина. Она убеждала родителей, что никакого риска уголовного дела для брата нет, и в военкомат идти не надо: "Но отец его туда привел".

В понедельник утром он проводил сына до военкомата и ушел на работу. Игорь пять часов не решался войти в здание.

Такую повестку пытались вручить Игорю. Документ за него получил отец
Такую повестку пытались вручить Игорю. Документ за него получил отец Фото: BBC

Учился Игорь в МГИМО, после бакалавриата отслужил в армии, а затем окончил магистратуру Дипломатической академии МИД России. Отец очень хотел определить его в министерство и надеялся, что тот сделает карьеру в госструктурах. Не сложилось. Игорь работал в музейно-просветительском центре в Сокольниках, занимался переводами статей с китайского языка. Во время пандемии там открыли ковидный госпиталь - сотрудников вывели за штат, работу он потерял и подрабатывал курьером. Идти воевать Игорь не хотел - надеялся на дипломатическое разрешение конфликта России с Украиной.

Психологически брат не очень стабильный, рассказывает Валентина: он домашний, слабый мальчик, ипохондрик - много жалуется, "от любой болячки умирает". Когда он служил в армии срочником, родителям удалось очень сильно сына оградить - они не смогли спасти его от службы, но обеспечили, чтобы начальник части за ним присматривал и не давал в обиду. Служил Игорь недалеко от столицы - сначала в Коврове под Владимиром, потом в подмосковном Наро-Фоминске. Родные к нему постоянно ездили, возили пакеты с едой, он был с ними на связи и под контролем. В итоге дослужился до сержанта. У него есть звание, и сейчас это "очень плохо", понимает Валентина.

Сестра после начала войны в Украине уехала из России в Тбилиси. Когда Валентина узнала, что ее брат пошел в военкомат, стала названивать ему по мобильному: "Все эти пять часов у нас с отцом была борьба за Игоря. Отец орал, что его посадят, спрашивал, беру ли на себя ответственность за судьбу брата. Я говорила: "Да! Беру!" Валентина нашла ему жилье, где он мог пожить какое-то время, чтобы его не нашел военкомат, и просила: "Пожалуйста, езжай к тому человеку, посиди у него, попей чай, и мы подумаем, что делать дальше". Игорь возражал, что не хочет вечно прятаться, "беспокоился, что менты придут к родителям". Она уговаривала: "Ну и что, если придут - пусть не открывают".

По ее просьбе Игорь позвонил адвокату, которого она нашла. После разговора с ним даже согласился, что "лучше посидеть, чем ехать на войну", говорит Валентина. Но отец, по ее словам, стал "истерить и давить". К уговорам позже подключилась по телефону и мать. Игорь в это время сидел где-то возле военкомата.

Спустя пять часов общения он перестал отвечать на звонки.

"Z" у них на лбу нет, но безумно боятся

Вечером мать Игоря написала Валентине, что его якобы отправляют на два месяца куда-то в Наро-Фоминск. Сестра позвонила брату сама и выяснила, что он то ли в Таманской, то ли в Кантемировской дивизии (обе они дислоцируются в районе Наро-Фоминска).

По военно-учетной специальности Игорь - связист, рассказывает Валентина. Служил в радиовойсках. Когда начали раздавать повестки, она сразу поняла, что и брату принесут, и говорила родителям: "Давайте его вывозить". Те были уверены, что армии нужны добровольцы, желающие воевать, и за сыном не придут.

В извещении о мобилизации (копия есть у Би-би-си), которое также выдали Игорю, не указано, куда его призвали. Но есть графа с двумя вариантами: "призван на военную службу" и в скобках - "направлен на должность гражданского персонала". Ни один из этих вариантов в документе не зачеркнут. Дата извещения не указана, но стоят печать и подпись. Игорь и родители, прочитав документ, решили, что его отправят служить по гражданской специальности, но в итоге определили в военную часть.

Извещение о мобилизации, которое вручили Игорю. Куда он отправлен - на военную службу или на должность гражданского персонала - не указано
Извещение о мобилизации, которое вручили Игорю. Куда он отправлен - на военную службу или на должность гражданского персонала - не указано Фото: BBC

Валентина думает, что брата в военкомате обманули. "Эти повестки нужно читать между строк: мы хотим забрать на войну определенное количество пушечного мяса, и ты - наш кандидат. А что там буквально написано - неважно, - сказал Би-би-си адвокат Дмитрий Захватов. - Так что самое важное - ни в коем случае не ходите в военкомат".

С отцом Валентина больше не разговаривает, но переписывается с мамой, когда не может дозвониться до брата. "Родители власть не уважают, но безумно боятся. Им было всегда все равно - Z у них на лбу нет. Мама в первые месяцы пыталась мне говорить про бандеровцев и националистов, мы много спорили, ругались, и она сказала: "Я просто не хочу войны". Конечно, она не хочет своего ребенка отправлять на фронт бороться с Украиной". Но отец "дико боялся уголовки за уклонение", говорит сестра Игоря.

До войны Валентина активно участвовала в протестах в Москве. Семья была этим недовольна - родители опасались, что она бросит на них тень. Отец работал следователем и в 1992 году ушел в отставку. Сейчас он юрист по имущественным вопросам, но в органах у него остались друзья и контакты. "Пугать они умеют, и власти отец боится", - утверждает Валентина, вспоминая, как знакомый силовик звонил отцу после ее участия в протестном митинге.

"Меня очень злит, что он юрист, но не знает законов о военной службе и как себя вести в такой ситуации. Отец просто трус, - повторяет Валентина. - Вы не представляете, какой властью обладает над [Игорем] отец. Брат бы не пошел [в военкомат], мне бы удалось его спасти".

Мать, по ее словам, "вроде умная женщина", окончила институт иностранных языков, но у нее есть давняя знакомая "из разряда православных гадалок", по мнению Валентины, - "шантажистка и обманщица". Гадалка пообещала матери, что ее сын "отсидится в бункере" - и ничего с ним не случится.

Брат и мама очень внушаемые, и отец этим пользовался, заключает Валентина: "Просто надавил".

"Смерти боятся все. Но существует долг перед родиной"

Сначала Игоря отправили в тот же подмосковный Наро-Фоминский округ, где он служил срочником. Военные сразу стали предлагать ему подписать временный контракт.

"Они начали его успокаивать - дескать, это не полноценный контракт, не бойтесь, это чтобы вам денежку заплатили. Обрабатывают их очень активно", - говорит Валентина.

Брат, по ее словам, расстроился, что его мобилизовали, но поскольку он был не один, они с ребятами стали поддерживать друг друга и даже развеселились. Звонить по телефону им в тот момент разрешали когда угодно. "Обстановка не напряжная", - говорил он сестре. "Ему может показаться, что ничего серьезного. А если все будут подписывать контракт, то и он подпишет. Этого я боюсь больше всего", - рассуждает сестра.

Игорю сказали, что их будут месяц учить, и родители собрались его навестить. Но на следующий день командиры предупредили, что из Подмосковья их увезут: "Говорят, на границу". Выдали снаряжение и противогазы. Брат был встревожен, сказал Валентине, что сожалеет о решении [явиться в военкомат], и если бы было больше времени, он бы действовал иначе: "Упрекнул, что я не вывезла его раньше".

"Я ему сказала, что если совсем будет ****** [кошмар], чтоб сдавался", - говорит сестра Игоря. За день до начала мобилизации Госдума добавила в Уголовный кодекс новую статью "Добровольная сдача в плен". За это при отсутствии признаков государственной измены военного могут осудить на срок от 3 до 10 лет. Избежать этого можно только, если военный сдался впервые, а также "принял меры для своего освобождения, возвратился в часть или к месту службы и не совершил во время пребывания в плену других преступлений".

По дороге в Белгород, в поезде, у Игоря и его однополчан забрали телефоны. Периодически им их выдают для звонков родным. Источников информации у мобилизованных нет - Игорь спрашивал, что происходит, многим ли удалось уехать, что известно об обращении президента.

В четверг он говорил сестре, что их обещают отправить на "новые территории", успокаивают, что "не на бой". В пятницу на вопрос сестры, знает ли он, куда их пошлют дальше, написал из палаточного лагеря в Белгороде: "Пока не знаю. Просто спать ложусь".

С тех пор на связь с сестрой он не выходил. В понедельник, 3 октября, мать написала Валентине, что он ещё "в полях" и дежурит по офицерскому штабу, но якобы его могут отправить обратно в Подмосковье. Валентина в это не верит.

В разговоре с Би-би-си мама Игоря сообщила, что тот "в учебном центре", но не уточнила, где именно. Она подтвердила, что на связи с ним, и сказала, что условия нормальные, "полевые", а спят мобилизованные "в нагреваемых палатках".

"К войне отношусь плохо. А мобилизация - это долг, - так мать Игоря ответила на вопрос Би-би-си об отношении к мобилизации. - Переживаю сильно. Мне тяжело. Прошло больше недели, но я все равно в таком мандраже. Мне нужна просто поддержка".

Вариантов избежать отправки сына на фронт она не видит: "Уехать [из страны] - значит попасть под какие-то санкции, а для этого нужна хорошая финансовая подушка". Мама считает, что выбрать альтернативную гражданскую службу в условиях мобилизации Игорь не мог, хотя это не так.

На вопрос, опасался ли ее сын отправки в Украину, мать Игоря отвечает: "Как вы считаете? Смерти боятся все. Но существует долг перед родиной". Она утверждает, что конфликтов в семье по поводу мобилизации не возникало: "Родители были за. Возможно, какие-нибудь друзья [Игоря], как и он, были против. Молодым людям страшно умирать, но я надеюсь, что все будет хорошо".

"Я не вижу вариантов, как можно помочь этому человеку", - сказал Би-би-си адвокат Дмитрий Захватов, который говорил с Игорем в Москве по просьбе сестры. - Сейчас в России в отрасли прав военнослужащих говорить о какой бы то ни было законности и, соответственно, нарушении закона примерно так же смешно, как говорить на тему законов Сомали: они, конечно, есть, но это не точно. Перед военкоматами стоит простая и незамысловатая задача - любой ценой выполнить план. Для выполнения этой задачи они будут хватать кривых, слепых, молодых, старых, здоровых, больных - всех без разбора".

"Тебя ищут и все равно найдут"

Жительница Белгородской области Анастасия начала искать варианты уберечь супруга Даниила от мобилизации, как только российский президент Владимир Путин о ней объявил: "Понимала, что мужу может прийти повестка".

Даниил служил "срочником" в мотострелковых войсках в 2018-2019 годах. У него несколько военно-учетных специальностей - в том числе оператор-наводчик в танке и связист.

Женщина подписалась на правозащитные телеграм-каналы и нашла информацию о праве на замену военной службы альтернативной гражданской службой (АГС). Они с мужем решили написать такое заявление.

Даниилу начали названивать из сельсовета поселка в Белгородской области, где он зарегистрирован в доме родителей, с 21 сентября - как только объявили мобилизацию. Звонили всю ночь, но он не брал трубку. На следующий день утром Даниил все же ответил на звонок, после чего вскочил и начал собираться, говорит его жена.

Живут супруги за 160 км от родителей Даниила. Те дали сельским властям его актуальный адрес и телефон. Они же рассказали, что пришла повестка, и нужно срочно явиться в сельсовет. Как и в истории Игоря, родители Даниила не хотели, чтобы сын шел воевать, но боялись, что его будут разыскивать. Стали уговаривать приехать: "Тебя ищут".

Даниил поехал, решил, что "так надо", рассказывает Анастасия. Она отпускать мужа не хотела: "Ревела, на коленях стояла, просила хотя бы ненадолго остаться - перевести дух и подумать, что делать дальше". "Да ничего страшного, я просто пойду и проверю, что там такое", - успокаивал ее Даниил.

Супруги вместе приехали в село к родителям Даниила и всю ночь составляли ему заявление на АГС. Писали про убеждения совести - пацифистские взгляды и невозможность участия в насилии.

На следующий день из сельсовета опять позвонили - мама Даниила подтвердила, что тот на месте. Повестку ему не принесли - сказали приехать за ней. Анастасия и жена младшего брата Даниила, который пока не получил повестку, хотели увезти мужей на север - там живут родственники, они звали к себе и предлагали помочь.

Родители стали запугивать сыновей, что их все равно где-нибудь остановят или найдут - нет смысла прятаться и бегать. Даниил согласился, что выхода у него нет и поехал в сельсовет за повесткой. Его жена пошла на почту и отправила заявление супруга на АГС заказным письмом в призывную комиссию, а также в окружной и областной военкоматы, губернатору и омбудсмену региона.

В повестке Даниила говорилось, что на следующий день он должен явиться в мобилизационный сборный пункт. Анастасия опять упрашивала его никуда не ходить. Он согласился, но вмешалась мать Даниила.

Российские семьи боятся отправлять мужчин на войну, но страх уголовных дел за уклонение сильнее
Российские семьи боятся отправлять мужчин на войну, но страх уголовных дел за уклонение сильнее Фото: AFP

"Она cказала: "Делайте, что хотите, но я с этим не согласна" - и наговорила "всяких вещей", которые подтолкнули Даниила к явке в военкомат, рассказывает жена: что неявка будет считаться уклонением, что его будут уголовно преследовать и "заберут", про штрафы и суды. Говорила: "В тюрьме тебе будет плохо, ты не справишься, над тобой будут издеваться, а в армию все равно пошлют и тоже будут издеваться как над уклонистом". О том, что его могут убить, она не думала".

Поддерживают ли родители Даниила "спецоперацию", Анастасии "не особо понятно". "Мы с мужем - против. У нас обоих есть друзья в Украине, и мы очень переживали с самого начала февраля", - говорит она.

Даниил, тем не менее, поддался на уговоры матери и пошел в военкомат. Его забрали. Вместе с другими мобилизованными его привезли от сельсовета на сборный пункт рядом с селом, откуда больше их не выпускали, и в тот же день отправили в воинскую часть в Курской области. Сказали, что они пробудут там неделю, а потом их распределят - предположительно, в Воронеж или Белгород. Первые дни их проверяли и оформляли документы, затем начались тренировки.

"Мама сказала: "Медаль тебе"

В день, когда Даниил явился по повестке на сборный пункт, письма с его заявлением на АГС уже получили адресаты. Уполномоченный по правам человека и администрация губернатора сообщили жене, что перенаправляют обращения в военкомат (копии документов есть у Би-би-си). За неделю ответ так и не пришел.

Анастасия поняла, что единственный выход для мужа не поехать на войну - продолжать настаивать на АГС. С помощью правозащитников она составила рапорт командиру Даниила - о том, что он отказывается принимать в участие в "спецоперации", не будет брать в руки оружие и даже учиться убивать людей.

Анастасия написала текст рапорта и на следующий день первыми автобусами отправилась к мужу в военную часть.

Увидеться с Даниилом ей разрешили. На КПП есть место для встреч, и там было много людей. Сама часть находится далеко от города, вокруг полно офицеров - сбежать оттуда без машины сложно. Мобилизованных в части очень много. Все из Белгородской области, люди нормальные и друг друга поддерживают, делятся едой, вроде даже весело, рассказывал Даниил жене.

"Но приходит осознание, что это временно, и ожидает их совершенно иное", - говорит она.

Вид и физическое состояние мужа Анастасия описывает так: "Как будто из тюрьмы вышел". Он нервничал, пропускал еду, плохо спал из-за того, что много народу и очень шумно, говорит она. А вот с обмундированием Даниилу повезло - ему все подошло. Более крупным мужчинам и тем, кто поменьше, одежды не хватает.

Анастасия передала мужу несколько экземпляров рапорта, объяснила, как действовать, показала памятку. Муж рапорт подписал и отдал дежурному офицеру. Тот должен был отдать его командиру, точно такой же жена отправила из соседнего почтового отделения в гарнизон. У мужа остался собственный экземпляр рапорта, чтобы он его изучал и готовился к вопросам. Кроме того, она отправила в главную и гарнизонную военную прокуратуру письма о том, что мужем был подан рапорт, чтобы документ не был проигнорирован.

Тренировки к тому моменту уже начались, но муж старался избегать заданий. В субботу обучение должно было закончиться, но в четверг им сказали, что оставят еще на 10 дней. Пришло распоряжение губернатора, чтобы более тщательно проверяли здоровье и состояние мобилизованных. Медики зафиксировали жалобы Даниила, но сказали, что нужны документальные подтверждения.

Изначально, когда пришла повестка, первое, что Анастасия спрашивала его и его родителей - есть ли у мужа медицинские показания, по которым ему могут дать отсрочку.

"Я знала, что у него были проблемы с психическим состоянием и аллергия, но они сказали, что у них ничего нет", - рассказывает Анастасия. После того, как стало ясно, что сына отправят на фронт, родители все же согласились отдать его жене медицинские справки - они, как выяснилось, были у них дома. Еще они пообещали забрать дополнительно подтверждения из больницы: "Его мама призналась, что нужно было ко мне прислушаться, и что она сглупила".

Родители обещали собрать медицинские документы для подстраховки к основному плану с переходом на АГС и отвезти их Даниилу в часть. Анастасия же стала готовить жалобу на незаконный призыв мужа. В пятницу она собралась ехать к его родителям за справками. Все это не понадобилось: в этот день муж позвонил и сказал, что едет на такси домой. К этому моменту власти во всех регионах пытались погасить скандалы, связанные с мобилизацией.

Причин, по которым отпустили Даниила, ему не назвали. Он в этот день действовал, как они договорились с женой - отказывался проходить подготовку и сидел в казарме. К нему подошел человек, представился, что он "от губернатора", и сказал: "Все, сдавай вещи, забирай документы - домой. Ты здесь не нужен". Позже выяснилось, что губернатор велел провести проверку и всех, кого незаконно призвали, вернуть домой. Вместе с Даниилом отпустили еще восемь человек.

Что именно признали незаконным, ему не сказали. Анастасия думает, что сыграло свою роль все по совокупности - и письма губернатору, и рапорт командиру. Теперь Даниилу нужно отметиться в военкомате, что он вернулся. По совету правозащитников он оформил доверенность на жену - она пойдёт вместо него в военкомат с заявлением, чтобы получить копии решений о мобилизации супруга и о его возвращении из части.

Анастасия хочет, чтобы муж в ближайшее время обратился в больницу за подтверждением своих диагнозов. Родители возвращению сына обрадовались. Его мама сказала Анастасии: "Медаль тебе". Связаться с родителями Даниила Би-би-си не удалось.

Как писала Би-би-си, после того как военкоматы с первого дня "частичной мобилизации" стали призывать мужчин с нарушением правил, без боевого опыта и с заболеваниями, власти попытались погасить недовольство. В регионах начались проверки, некоторых мобилизованных стали освобождать от призыва - в том числе тех, кто заявлял о своем праве на АГС. "Движение сознательных отказчиков" 3 октября сообщило о первом ответе одного из военных комиссаров, который освободил пацифиста от мобилизации и пообещал призвать его на АГС "при потребности государства" в таких специалистах.

Сколько всего мобилизованных в итоге вернулось домой, пока не известно.


Мы собираем свидетельства мобилизованных россиян, а также их родных и близких. Нас интересует личный опыт граждан, попавших под мобилизацию, а также как это переживают их семьи и друзья.

Если вас самих мобилизовали после 21 сентября, или вы знаете, что происходит с мобилизованными, напишите нам через форму по ссылке. Мы гарантируем вам анонимность, если вы о ней попросите.

Ключевые слова
Последние новости
Не пропусти
Наверх